СУБЪЕКТИВНО

Начался новый учебный год. В каком качестве встретила его школа? Вопрос нетривиальный хотя бы потому, что новые требования ей предъявила не только пандемия, но и постоянные разговоры власти о цифровизации всего и вся, а также о жажде новых современных технологий в образовании и, соответственно, в экономике. Однако действительность не радует.

В августе образовательная компания «ЯКласс» опросила учителей. Результат совпал с мнениями большинства экспертов. Школьная система не современна, ответили 71% учителей. Устарела частично, сочли 55%, а 16% – устарела полностью. 

Однако 29% учителей полагают, что наша школа не отстает от развитых стран. Татьяна Клячко, директор Центра экономики непрерывного образования РАНХиГС, с этим мнением согласна, но с оговоркой: к мировым моделям подошли Москва, Питер и другие мегаполисы. «Если говорить о регионах, то здесь достаточно серьезная дифференциация. Если у вас сельская местность, если там работает учительница, которой 60 лет, детей мало, как учить их на современном уровне не всегда понятно, то, конечно, это не уровень образования продвинутых столичных школ», – пояснила Клячко. – К тому же 55-60% учителей не хватает методической помощи, хотя от них требуется преподавать по современным федеральным стандартам, осваивать новые компетенции». 

Этим не ограничивается «лица необщим выраженьем» школа мегаполисов и села. По данным той же Клячко, в основном, селу не хватает около 250 тысяч учителей. Если в Москве большой конкурс, и молодых часто не берут, то в сельской местности острый дефицит педагогов. По словам эксперта, в регионах после педагогических вузов идут работать по профессии от 10% до 20% выпускников. 

«Если мы хотим, чтобы учитель работал на одну ставку, то нужно серьёзно увеличивать учительский корпус», – сказала Клячко. 

Огромный дефицит учителей в сельских школах подтвердил и глава Минцифры Максуд Шадаев, участвуя вместе с главой Минпроса Сергеем Кравцовым в расширенном заседании комитета Госдумы по информационной политике. Но, сказал г-н Шадаев, «Здесь никакие миллиарды не помогут… Чтобы обеспечить полный комплект квалифицированных учителей в сельские школы, дать им жилье – таких возможностей нет». Зато триллионы идут на тиражирование вооружений с советскими корнями… 

А как насчет высочайших решений о том, чтобы доходы педагогов были не ниже средних в регионе? 

– Важнее всего прочего, чтобы не зарплата равнялась средней по региону, а ставка, и тогда бы оставался ресурс для профессионального роста, – отметил Дмитрий Шноль, завкафедрой математики школы «Летово». 

Тем более что в среднем учитель работает по 10−11 часов в день. Да еще 60% учителей занимаются репетиторством – не от хорошей жизни. Таковы данные компании Maximum Education, опросившей более тысячи учителей со всей России в июле. Еще 17% респондентов думают консультировать, 45% занимаются репетиторством очно или онлайн, а почти столько же и так, и этак. Вот что говорит «Радио Business FM» преподаватель истории и обществознания из города Реж Свердловской области Марина Шарова: 

– Я занимаюсь репетиторством очень много. У нас городок маленький, все мои коллеги занимаются этим только из-за низкой зарплаты. У меня двое несовершеннолетних детей, живем за чертой бедности. Очень низкий уровень жизни. У меня высшая категория, 25 лет стажа, средний балл по ЕГЭ 70 и выше, а зарплата долгое время была 25 тысяч рублей, представляете? 

По части оплаты учителей ученые ВШЭ предлагают ввести коэффициент за сложность и интенсивность их работы, а также компенсировать покупку и эксплуатационные расходы домашнего ПК. Плюс компенсация за условия труда, отличающиеся от нормы, например, в ночное время или в выходные и праздничные дни. В итоге учителя высшей категории, учителя-наставники и учителя- методисты будут получать в среднем около 67-84 тыс. 

Сопредседатель межрегионального профсоюза «Учитель» Всеволод Луховицкий идею ВШЭ критикует: «Это взгляд на проблему работодателя, которому надо «приманить» педагога, заставить его работать интенсивнее. Они не хотят даже рассматривать требования учителей, считающих, что им много лет недоплачивали». 

В докладе ВШЭ, к тому же, не прописано, за какое количество часов будут платить оклад. «Если, – говорит Луховицкий, – ставка 18 часов в неделю, то так и надо писать. Но я боюсь, что речь идет о гораздо большем количестве работы!». Он подытожил, что, по сути, ничего нового ВШЭ не предложило, это никак не скажется на зарплатах учителей. 

Вдобавок к нагрузке в школе и репетиторству растет число обучающихся дома: за последние два года с 12 тыс. до 16,5 тыс. Сохранится ли тенденция дальше – зависит от того, как воспримут родители решение об обязательной вакцинации школьников. Прививка уже стала пропуском в институт. Не за горами и школа. Но часть россиян точно не выражают особого желания прививать от коронавируса своих детей. Так, например, отрицательно отреагировали на вакцинацию школьников 69% респондентов, участвовавших в опросе компании Superjob. Однозначно не готовы, сказали 37%, еще 32% – скорее не готовы. Свое нежелание родители объясняют недостаточной изученностью вакцины. Однозначно готовы вакцинировать своего ребенка только 8% респондентов, еще 23% склоняются к этому решению. 

Если школу для непривитых детей закроют, то домашнее обучение неминуемо. Без «ковидной» причины в России этот вариант чаще всего выбирали из-за неудовлетворенности школьным образованием, если у ребенка были психологические проблемы или что-то неладно со здоровьем. 

Но безотносительно к ковиду дистанционка, неотъемлемая от цифровизации, стала полноправной частью образования, считает Алексей Семенов, академик РАН и РАО, завкафедрой математической логики и теории алгоритмов мехмата МГУ, директор Института кибернетики и образовательной информатики им. А.И. Берга Федерального исследовательского центра «Информатика и управление» РАН, лауреат премии ЮНЕСКО. 

– Учителя заставляют детей писать ручкой на бумаге, запрещая им создавать сочинение на компьютере, – говорит Семенов. – Если точнее, так было еще два года назад, когда я обращался к учительской аудитории с вопросом: разрешаете ли вы детям цифровые сочинения? Обычно это вызывало удивление и отторжение. Они думали, что это непременно что-то испортит, сломает у детей. Но уже год назад процентов 60 учителей отвечали: ну да, они пишут сочинения на компьютере и посылают по электронной почте, прикрепляют в Zoom, Teams, WhatsApp и так далее. 

Программные документы, отмечает ученый, провозглашают необходимость развивать у детей коммуникативные навыки. При этом все школьные годы ребят грузят только орфографией. На коммуникацию просто не хватает времени. Школа не учит детей в устной и письменной речи излагать свои мысли, быть понятным, доходчивым, убедительным и так далее. Сейчас благодаря технологии больше внимания стали уделять коммуникации, меньше – заучиванию правил. 

Однако вернёмся к опросу «ЯКласса». Без малого четверть педагогов уверены: в школьной программе не хватает психологии; 18% добавили бы уроки финансовой грамотности; 13% – цифровой; 17% – инновационных технологий; 9% – креативных техник. 

– Но здесь неизбежно возникает проблема: за счет чего это делать, – заявил Дмитрий Шноль. – При 60 часах загрузки учителя в неделю внедрять в образование что-то новое, интересное могут только единицы-энтузиасты. Да и у современного девятиклассника, например, 13 обязательных предметов. Это сама по себе немыслимая цифра и добавлять еще что-то не представляется возможным. Тогда надо что-то убирать? Но мы же не готовы отказаться от биологии или географии. Единственный вариант, который я вижу, интегрировать задачи по финансовой грамотности в курс математики или экономики. 

Другой из основных проблем нашего образования эксперты видят в недоверии чиновников к учителям и директорам школ. Их много проверяют и мало поддерживают. В итоге складывается достаточно унизительная ситуация, когда педагог постоянно должен доказывать свою компетентность, а что-то хорошее делать на свои деньги и при поддержке родителей. 

Кроме того, в нашей школе, указывают эксперты, многим учителям не хватает горизонтального общения – банального контакта с коллегами, у них практически нет площадок для обмена опытом. При этом внедряется система формирования так называемых мягких навыков, метапредметного анализа, отметил Шноль: «Но никто почему-то не считает нужным переводить это “на нормальный учительский язык” и объяснять, что это та же работа, которой педагоги занимались ранее, но с другими акцентами». 

А Елена Шмелева, руководитель образовательного центра «Сириуса», идёт куда дальше. Она заявила, что школе нужна новая реформа. «Речь идет о модернизации, которая включает в себя новые образовательные программы. Мы предлагаем разработать стандарт новой школы, в котором учтены требования современных образовательных программ и доступной инклюзивной среды», – отметила Елена Шмелева. По её словам, образовательные программы нового типа будут максимально актуальны и откроют возможность постоянно обновляться под технологии, которые сейчас появляются. 

Опыт «Сириуса» включает в себя очень сильные педагогические школы, профессиональное образование и сеть специализированных школ, а школьникам там преподает профессура из университетов. Программы ведутся сразу по трем направлениям: спорт, наука и искусство. Также «Сириус» активно развивает онлайн-платформы. Центр может себе это позволить, поскольку создавался он на базе олимпийской деревни в Сочи. В учредителях – образовательный фонд «Талант и успех», который возглавляет виолончелист Сергей Ролдугин. Уже за первый год работы фонд получил многомиллиардные активы и собрал более 10 млрд пожертвований. Опыт работы с детьми в «Сириусе» необходимо распространить на всю Россию, сказал президент Путин на встрече с лидерами предвыборного списка «Единой России». Однако на какие денежные вливания для этого могут рассчитывать регионы, если, как заявил министр Шадаев, их нет на самое необходимое: привлечь учителей в сельские школы, не говоря уже о профессорах, как в «Сириус»… 

Кроме того, указывают эксперты, «Сириус» делает то же самое, что чуть ли не во всех детских лагерях – летних и тематических. Но нигде до сих пор не замахивались на то, чтобы переписать федеральные стандарты и школьные программы. И это действительно было бы странно, потому что эти детские организации работают в сфере дополнительного образования или имеют опыт работы исключительно пусть не с талантливыми, но мотивированными на учебу и достижения детьми. Таковых, кстати, в современной школе очень малый процент. 

А еще никуда не делся ЕГЭ. Об этом в следующий раз. 

Юрий БУБНОВ