СУБЪЕКТИВНО

Нацпроекты, сформированные под цели нового майского указа президента страны, буксуют. И, кажется, буксуют потому, что вертикаль власти никак не может нащупать методы управления. Хотя пора бы: майские указы провозглашаются каждый политический цикл, но также регулярно и не выполняются.

Предваряя нацпроекты, президент Путин заявлял, что рассчитывает на конкретный план действий нового правительства и Банка России, который обеспечит рост инвестиций в 1,5 раза. Идёт второй год, и что мы видим? Чистый отток капитала из России вырос почти в 2,5 раза в годовом выражении. Ну, никак не получается «кардинально улучшить деловой климат…», к чему призывает президент. Я уже упоминал, что инвестировать в развитие своего дела намерены лишь 15% предпринимателей, а остальные осторожничают, храня на счетах более 25 трлн рублей, что больше бюджета страны. А инвестиции замерзли. 

Колоссальный разрыв между ростом прибылей и кредитованием показывают банки: прибыль за январь–июнь скакнула почти на 60% – до 1 трлн. Исторический рекорд! Но корпоративные кредиты выросли лишь на 2,9%. Падают доходы населения. Последние опросы социологов показывают, что от получки до получки денег не хватает трем четвертям россиян. Бедных, по Росстату, только за I кв. стало больше на 0,5% – 20,9 млн. 

На Международном финансовом конгрессе в Санкт-Петербурге глава Центробанка Эльвира Набиуллина говорила об инвестиционном климате не совсем в привычном стиле. «Сначала они [эти слова о климате] казались правильными, потом общим местом, а теперь иногда похоже на крик отчаяния». Почему? «Есть две серьезные проблемы, которые нельзя замалчивать, если мы действительно хотим устойчивого роста экономики», – сказала г-жа Набиуллина. – Во-первых, необходимы стимулы для предпринимательской инициативы: экономический рост создает бизнес, а не государство… Частные инвестиции – это не кредиты, полученные под низкие проценты в банках под госгарантии. Частные инвестиции – это, прежде всего, дополнительный акционерный капитал, собственные средства крупного бизнеса и малых предпринимателей, которыми они готовы рискнуть в расчете на будущий рост. А готовность взять на себя этот риск напрямую зависит от пресловутого инвестиционного климата. Если эффективный бизнес не готов инвестировать, ... не стоит удивляться, что финансовый сектор неохотно кредитует компании», – сказала она. 

Тем не менее денег, которые можно было бы инвестировать в рост экономики, по крайней мере – теоретически, скоро будет еще больше. Их можно будет черпать из Фонда национального благосостояния (ФНБ). В него по так называемому бюджетному правилу отправляют все сверхдоходы от продажи нефти. В конце июня в «кубышке» было свыше 3,7 трлн руб., или 3,6% ВВП. Бюджетный кодекс позволяет деньги эти использовать, как только объем их достигнет 7% ВВП. Минфин прогнозирует, что в конце года планку преодолеют, и уже в следующем году можно будет позаимствовать около 1,8 трлн руб., а в 2021-м – около 4,2 трлн. 

Однако нашла коса на камень. Пока что стратегия инвестирования из ФНБ предполагает два варианта. Минфин настаивает вкладывать в зарубежные активы, что, кстати, настоятельно рекомендует и Международный валютный фонд. Или – в проекты внутри страны, что будет генерировать дополнительный инвестиционный спрос частного бизнеса. Глава Минфина Силуанов говорил, что правительство до конца года определится с критериями отбора проектов. 

Но вот что изменилось, и Минфин предлагает направить излишки ФНБ на поддержку экспортных кредитов и таким вот зигзагом стимулировать экономический рост. 

Подчеркну: с экспортом у нас полный швах. Росла только продажа топливно-энергетических товаров: их доля за прошлый год к 64% прибавила 1,3%. А вот доля машин и оборудования, без того мизерная, хоть немного, но поубавилась – до 5,3%. Что интересно, внутри этой доли таможня зафиксировала скачок в натуре на 11%, однако, как ни парадоксально, дополнительных доходов практически не появилось. Эксперты утверждают: скачок дала продажа оружия, за которое почти не платят. 

Между тем по экспорту есть свой нацпроект. В марте премьер Медведев подписал циркуляр: в 2019 году продать за рубеж машин и оборудования на $230 млрд. Но в первом полугодии от плана Медведева отставание минимум на треть. Ущербное место России в мировой торговле и глобальных цепочках добавленной стоимости не меняется десятилетиями. А теперь некстати вдвое подешевел газ в Европе, а также вдвое упал спрос в Турции, что подкосило доходы Газпрома. И общий экспорт не просто усыхает, а – с ускорением втрое. Результаты «крайне неутешительные», говорит главный экономист Альфа- банка Наталия Орлова. Вклад экспорта в ВВП во II кв., похоже, был отрицательный. А это значит, что по итогам полугодия вся экономика пережила рецессию. 

Теперь пораскинем мозгами. Если просто приплачивать экспортерам – а это сплошь крупные корпорации – деньгами ФНБ, то вдохновятся ли они перестраиваться так, чтобы выпускать инновационную продукцию, да еще способную конкурировать на зарубежных рынках? Эксперты очень сомневаются: не в коня корм. Для этого требуются структурные изменения всей экономики. 

– Мы откладывали проведение многих назревших структурных реформ, – говорила на Международном финансовом конгрессе в Санкт-Петербурге г-жа Набиуллина. – И теперь хотим быстрого результата. В итоге оказываемся снова в ловушке поиска простых решений, и почему-то обычно поиски приводят в ЦБ. 

А структурные изменения требуют, по ее словам, улучшения всё того же инвестиционного климата. Без защиты частной собственности, независимых судов, внесудебного урегулирования корпоративных конфликтов ничего не добиться. 

Да, экспортные поставки кредитуют многие развитые страны. Однако там сильна конкуренция за это право, и в таком случае подобное решение оправдано. В России же, где буйно цветёт госкапитализм и его дочки-монополии, конкуренцией не пахнет. Её подменяет протекция и коррупция, что не одно и то же. Эксперты указывают, что государство и без помощи ФНБ активно поддерживает несырьевой экспорт множеством программ. В нацпроекте на эту цель до 2024г. предусмотрена существенная сумма – почти 1 трлн руб., на который малый и средний бизнес только облизываются. Ведь льготы достаются опять же крупняку, в основном госкорпорациям. Между тем в мире инновационную продукцию как раз малыши со средняками и экспортируют, причем весьма успешно. Но Россия, как всегда, на особицу. 

Словом, на прошлой неделе думский комитет по бюджету отказался согласовывать поправку о поддержке экспорта из ФНБ без согласования с ЦБ и Счетной палатой. Впрочем, позиция СП известна: палата против, поскольку поправка покушается на долгосрочную макроэкономическую стабильность, а значит и на устойчивый экономический рост. 

Глава ЦБ Эльвира Набиуллина в интервью Reuters указывала, что регулятор просчитывает несколько сценариев использования средств ФНБ. Инвестировать все деньги фонда сверх 7% ВВП в ЦБ считали самым плохим вариантом. В этом случае полностью восстановится зависимость экономики и рубля от колебаний цен на нефть. Но куда всё-таки с толком направить деньги – по этому поводу ЦБ пока молчит. 

Эксперты отмечают: разногласия между ведомствами относительно расходов бюджета были всегда. «Понятно, почему Счетная палата выступает против: есть риск, что кредиты ФНБ будут выдавать заведомо неплатежеспособным покупателям нашей экспортной продукции, а потом исчезать, как в бездонной бочке», – говорит Наталья Мильчакова, замруководителя аналитического центра «Альпари». Что, замечу в скобках, и творится с продажей оружия. Пострадают, продолжает Мильчакова, в первую очередь россияне: «И если начнется кризис, то «кубышка» из-за такого стимулирования покупателей нашей же продукции уменьшится, государство опять примет меры, из-за которых населению придется потуже затянуть пояса». 

Вот и защищают ведомства абстрактные достижения вроде отличной макроэкономики и падающей инфляции, от которых россиянам проку мало. А конкретные варианты не отстаивают. Боятся ответственности? 

Поговорим, к примеру, об инфляции, за снижение которой не на жизнь, а на смерть сражается ЦБ. На её относительное падение повлияли, главным образом, подешевевшие овощи. Понятно, что причастен сезон, а ЦБ – с боку припёка. И не факт, что к зиме «божница» г-жи Набиуллиной не встрепенется. Опасения появляются вот почему. Инфляция складывается из монетарных и немонетарных факторов. Первые – величина спроса и денежной массы – в последнее время сжимались и инфляцию не подталкивали. А вот немонетарные факторы – тарифы монополий, курс рубля, акцизы, разнообразные налоги – только росли. И обогатили бизнес невиданной в рецессию (рост в 1,5 раза) прибылью. Но не только. По данным Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, в прошлом году эти факторы на три четверти обеспечили инфляцию. А ЦБ, утверждают эксперты Института экономики роста во главе с Борисом Титовым, борется с ними жесткими монетарными методами. Удерживают высокие ставки в экономике и управляют ликвидностью в финансовом секторе. Это не только абсурдно, но и вдвойне опасно, поскольку сокращает потребительский и инвестиционной спрос, что, в свою очередь, снижает темпы роста экономики. 

– Влиять на немонетарные факторы ЦБ не может, – считает главный аналитик Российского фонда прямых инвестиций Дмитрий Полевой, – однако игнорировать – тоже, так как часть из них влияет на инфляционные ожидания населения и бизнеса. А это уже прерогатива ЦБ. 

Насчет «не может влиять» – интересная коллизия. Ведь наблюдательный совет ЦБ возглавляет первый вице-премьер Силуанов, он же – глава Минфина. Более того, этот чиновник назначен ответственным за выход экономики на ежегодный рост не менее 3%. То есть управленческое взаимовлияние денежных властей существует и потенциально позволяет нащупать системное воздействие на приличный рост экономики. А значит – и на искоренение нищеты россиян. Но это – в теории. А на практике каждый гнёт свою линию. Как упоминалось, среди немонетарных факторов львиная доля – налоги и прочая фискальная нагрузка, и эти факторы только растут, и уже анонсировано, что будут расти. С подачи Минфина! В прошлом году не включенные в Налоговый кодекс сборы принесли в федеральный бюджет каждый четвертый рубль. Между прочим, поручение о запрете вводить новые сборы вне НК было подписано премьером Медведевым в январе 2017 года. Как видим, мораторий не действует! 

Но коли поручение премьера – пустой номер, значит, страна неуправляема? И куда она катится? В следующий раз проследим маршрут на других историях. 

Игорь ОГНЕВ