КОРОТКАЯ ПАМЯТЬ 

Уже несколько лет как движение «Бессмертный полк» из российского стало международным. На улицы не только наших городов и населенных пунктов республик бывшего СССР выходят родственники с портретами ветеранов, но и во многих странах, участницах антигитлеровской коалиции, люди в колоннах несут фотографии воинов американской, английской, французской и, конечно, Красной армии. 

Но, увы, есть те, для кого память об участниках войны ничего не стоит. Понять это заставил меня горький инцидент – тюменец нашел в уличной урне полиэтиленовый файл с бумажками. Житель поселка Матмасы Андрей Московец разглядел документы и передал находку в редакцию газеты. 

В пакете оказались личные письма, в том числе датированные 1945 годом, много фотографий из семейного альбома, среди которых и снимки красноармейцев, наградные документы на медаль «Ветеран труда» и знак «Победитель социалистического соревнования». Большинство документов оформлено на Анисимову Римму Павловну, в девичестве Чемякину, 1938 года рождения. 

Два письма имеют особую, без преувеличения, историческую ценность. Написаны они Александром Золиным (по крайней мере, я так разобрал фамилию корреспондента). Оба адресованы Александре Пережогиной, проживавшей на станции Заводоуковск. По принятому тогда обычаю они начинаются так: «Дорогим Шуре и деткам Ларе и Риме». 

Первое письмо написано на 2-х листах тетрадного формата. Поначалу непонятно, зачем «незнакомый вам человек» пишет в сибирский поселок («Я имею тесную дружбу по работе с Павликом уже два года»). Пока, наконец, он решается написать страшные слова: «Ваш муж и отец Павел Чемякин умер 10 июня 1945 года на территории Чехословакии»... «Машина упала набок, Павел получил сильный ушиб головы, мозги вылезли наружу, и он умер, не молвив ни слова». Дальше шли слова соболезнования, пожелания дальнейшей мирной, счастливой жизни. 

Другое письмо – на стандартном листе, сложенном треугольником. Имеет оттиски штампов полевой почты, которые почти не читаются, и штамп «Просмотрено военной цензурой 16193», датировано 11 августа 1945 года. Некто Золин отвечает вдове бойца: «Письмо от Вас получил сегодня. Сердечно благодарю. Отвечаю на ваши вопросы: 

1. Насчет денег. У него на книжке были, я сдал ее начфину. Спросил его. Он сказал – выслал. 

2. Насчет того, смогу ли я съездить на могилу к Павлу. Нет, не смогу. Он похоронен в Чехословакии, а мы сейчас в своей стране. 

3. Посылку с вещами выслал (Идет опись вещей). Почему мало? Мы ничего из вещей погибшего себе не взяли – мы же знаем, у него дети. По секрету скажу – он ценные вещи продавал. Посылку получите – там справка. Больше года он лечился в госпитале от фронтовой болезни. Все вещи высланы. Я ничего не возьму себе у фронтового товарища, тем более погибшего». 

Оба письма ветхие, особенно на сгибах. Чернила выцвели, многие слова почти не читаются. История получила продолжение через 50 лет, когда вдова погибшего бойца Пережогина Александра Павловна в марте 1996 года направила запрос в Центральный комитет Общества Красного креста Российской Федерации с просьбой установить сохранность могилы Чемякина Павла Дмитриевича. Чешский Красный крест ответил, что могила Чемякина в городе Угерски Брод сохранилась. Римма Павловна бережно хранила письма сестры, наивные рисунки детей – подарки мамочке к праздникам, открытки начала 21-го века с поздравлениями «дорогой бабулечке» от внуков. И вот «любимая мамочка» и «дорогая бабулечка» умерла, и вся память о ней полетела в мусорную корзину. 

Юрий ХОЗЯИНОВ /фото автора/