РАЗМЫШЛЕНИЯ ПО ПОВОДУ 

В последние несколько лет в Тюменском районе интенсивно строится жильё, вырастают десятки новых улиц, переулков, проездов… Их наименования и есть топонимы, каждый из них служит своего рода визитной карточкой объекта, ориентиром, без которого невозможно обойтись.Не нужно забывать, что название той или иной улице присваивают, как ребёнку имя – на всю жизнь. 

Если раньше почти в каждом населённом пункте были улицы Центральная, Садовая, Школьная, Новая и т.д., то теперь заметна очевидная тенденция к разного рода «ботаническим» названиям вроде Рябиновых, Яблоневых, Грушевых, Тополиных, Айвовых… Как неоднократно подчёркивал мэтр тюменской журналистики Рафаэль Гольдберг, такие названия более применимы для обозначения проездов в садоводческих товариществах, но уж никак не для улиц. 

Зачастую – видимо, из стремления к креативности – улицам присваивают и вовсе странные, труднообъяснимые (с точки зрения логики, семантики, орфо- эпии, да и просто здравого смысла) названия. К примеру, в д. Коняшино Каменского МО нескольким новым улицам были присвоены наименования Раритетная (попробуй-ка выговорить!), Актуальная, Почётная, Чистая… 

Название ко многому обязывает, оно должно соответствовать реалиям. Представьте: вы по какой-то нужде оказались в незнакомой деревне и вам надо попасть на улицу Чистую. «Чистая? – переспросят вас местные жители. – А эвон где – лужу видите? Смотрите только, осторожней, в грязи не утоните…» На улицах Виноградной, Гранатовой или Айвовой могут не произрастать экзотические для наших широт растения, но когда на Тополиной или Яблоневой не видишь ни одного деревца, равно как и на Тенистой, поневоле задумаешься. 

В своё время доводилось писать про улицу Горпищекомбинатскую в областном центре – вот убедительный пример чьего-то торопливого, непродуманного решения. Попробуйте-ка произнести это слово (я насчитал в нём 19 букв!) в один присест. Сложно? Ещё бы! А представьте, сколько возникнет трудностей при его написании (при заполнении каких-либо документов, бланков, справок, анкет, почтовых переводов)… Кстати, в слове «труднопроизносимая» – и то на одну букву меньше! 

Часто улицы называют в память об известных людях – знаменитых, выдающихся, прославленных, великих. Казалось бы, никаких вопросов: страна, как говорится, должна знать своих героев. Только вот досадно, что круг увековеченных удивительно, необъяснимо узок. Возьмём, к примеру, писателей: улицы Пушкина, Лермонтова, Льва Толстого, Гоголя, Максима Горького… Реже Достоевского, Чернышевского… И всё? А почему, скажите, не Ивана Бунина, не Михаила Булгакова, не Михаила Шолохова, не Василия Шукшина? Наверняка никто не станет оспаривать масштабность этих фигур, а уж по степени востребованности у читателей они, пожалуй, даже превосходят вышеперечисленных собратьев по перу. Что – Чернышевский более популярен, нежели Шукшин или даже Павел Бажов – почти наш земляк, между прочим. Твёрдо убеждён, что это не так. Почему же никогда не доводилось встретить табличку на доме с фамилией писателя советского периода (кроме Горького, Есенина и Гайдара)? В чём же они так провинились-то? 

Креативнее других поступили в Чикче, где есть улицы Беллы Ахмадулиной и Анны Ахматовой, и в Якушах (ул. А. Куприна и ул. Гумилёва – непонятно, правда, Николая или его с Ахматовой сына, Льва Николаевича, знаменитого историка и энтографа). В Каменке одна из улиц носит имя Влада Листьева – некогда популярного телеведущего. В Криводаново есть улица Владимира Высоцкого… 

Негусто, согласитесь. И какой же вывод напрашивается? Что граждане наши гораздо больше любят ботанику (в одном населённом пункте – не буду его называть – восемь улиц именуются Берёзовыми!), нежели литературу? Такой вывод можно было бы сделать, если бы решение об именовании принималось пусть не посредством референдума, но более-менее коллегиально. Подсказку находим у Льва Успенского, который также задавался подобным вопросом: «Не слишком ли много благоухания? Я не спорил бы, если бы подобные названия зазвучали где-либо в новом дачном городке, если бы их роздали аллеям или дорожкам парка отдыха… Как вам самим кажется, дорогие мои читатели? Бантики и кружева, даже самые лучшие, уместны на бальном платье. Но подойдут ли они к шинели воина, к бушлату матроса, к сюртуку академика, к рабочей блузе мастера в цеху?» 

Стремление к красивости может довести не до казуса даже – до конфуза. Так, в одном из муниципалитетов – опять же не буду называть, какого – улицам решили присвоить не ботанические названия, а названия драгоценных и поделочных камней. Так появились Рубиновая, Бирюзовая, Изумрудная улицы и – вроде бы логично? – Нефритовая. Уж лучше бы Кровавиковая или Раухтопаховая! Ибо анонимный называтель, видимо, запамятовал, что нефрит – это не только ювелирный камень, но и очень нехорошее заболевание почек, характеризующееся… «кровавой мочой цвета мясных помоев», отёками и гипертонией. 

Из того же разряда ул. Лучевая в Каменке. Какие ассоциации приходят вам на ум при этом слове? Правильно: лучевая кость (одна из костей предплечья), лучевая болезнь (болезнь, вызываемая радиоактивными веществами). Что имел в виду предложивший назвать этим словом – улицу? Может быть, он хотел сказать – лучистая? 

Весьма неоднозначны и некоторые другие названия (в той же д. Коняшино, например, есть ул. Заливная (?) – кому её, бедную, пришло в голову назвать именно так? Согласно «Толковому словарю», у слова «заливная» только два значения: во-первых, «заливаемая в половодье», во-вторых, «заливаемая студенистым наваром» (о кушанье). Вспоминается знаменитая фраза из «Иронии судьбы…»: «Ох уж эта ваша заливная рыба!» 

Не совсем уместным можно счесть и название ул. Почётная. Почётный, согласно тому же словарю, означает либо «пользующийся почётом, заслуживающий его», либо «избираемый в знак уважения, почёта» (почётный академик), либо «являющийся выражением почёта» (почётный знак). За какие же заслуги дали столь многообязывающее название улице, ещё не имеющей никаких заслуг, ничем себя не зарекомендовавшей? Дали, по сути, авансом, ещё до того, как здешние дома были заселены людьми. И ведь таким примерам несть числа: Добротная, Благодатная – в Каменке, Райская – в Горьковке, Отрадная – в Патрушево… 

Опять же не могу не процитировать Льва Успенского: «…Может быть, прав В. Никонов, когда он утверждает: «Топонимист не должен быть лингвистом или географом, или историком. Он обязан быть топонимистом». Но, думается, эту категорическую формулировку следовало бы чуть дополнить: «Однако если он хочет стать топонимистом, он обязан быть и лингвистом, и географом, и историком одновременно». Иначе топонимиста из него не получится». 

…Осенью 2014 г. на заседании постоянной комиссии по градостроительству и земельным отношениям Тюменской городской Думы депутаты фракции ЛДПР предложили внести изменения в порядок присвоения наименований. А именно: исключить десятилетний срок, по истечении которого можно назвать улицу, парк или площадь в память о выдающемся событии или личности. Однако большинство депутатов выступили против, сочтя, что десятилетний срок всё же необходим как некий фильтр, позволяющий отсеять не столь выдающихся кандидатов. А как да он запятнает своё имя? Вот мнение лидера ЛДПР Владимира Жириновского: «У кого-то (из тех, в чью честь можно назвать улицу, – В.П.) выявится в перспективе, из архивов какая-то порочная связь, что-то отрицательное, и мы опять будем мучиться. Даже если он не был революционером, а допустим, писатель. Потом выясняется, что он был хронический алкоголик. Или артист был замешан на наркотиках. Не надо людей… Вы понимаете, мы превращаем страну в кладбище. Мы идём – и кругом названия мёртвых людей, памятники мёртвым людям. Это плохо действует на нас. Нужно просто названия обычные. Давайте городами давать – Орловская улица, Курская. У нас тысячи городов. И всем будет приятно». 

Топонимы можно назвать зеркалом истории или окнами в прошлое, ибо они тесно связаны с социально-экономической историей, с природной средой, культурой. Не случайно топонимию называют языком земли: названия служат серьёзным дополнением к тем свидетельствам о делах минувших, которые дают нам документы и памятники материальной культуры. Красноречив пример возвращения многим улицам Москвы и Санкт-Петербурга их исконных названий: Остоженка, Конюшенный и Скатертный переулки, Хамовники, Маросейка, Красные Ворота… Много ли таких топонимов, могущих о себе рассказать, у нас? Есть, однако! Так, уроженец с. Онохино Сергей Евдокимов, «с детства исследовавший и ближние, и дальние уголки своей малой родины, знает все географические названия родных мест, – названия больших и малых урочищ, проток, заливов, заводей, болотин, рямов, луговин, пашен, дорог и тропинок». «Названия эти давние, как бы вечные, – говорит Сергей, – за мою жизнь ни одного не прибавилось, если не считать птицефабрику. Раньше у каждой кочки, у каждого куста своё название было». Михеиха, Курбатиха, Колокольник, Мартышка, Мотовы кусты, Большая Берёза, Леушкина заводь, Малый Тахтымчик, Никифоровы Штаны, Хазов-на-Хрену и ещё множество разных мест имеют интересные названия, за которыми стоят свои истории и имена людей, живших до нас». 

А Притыки, Прудаевск – в Червишево, Мельница (бывший хутор, ныне ул. Заречная), ул. Тюлькинская – в Винзилях… По поводу названия последней. Когда-то на её месте стояла д.Тюлькина, позднее «сросшаяся» с посёлком. Название донельзя прозрачное: по В. Далю, тюлька – это «болван, чурбан, обрубок, высевки, оторье или отруби». Ещё в начале 1930-х годов в посёлке появились лесозаготовители и сплавщики леса, начала действовать лесобаза, затем лесобиржа… 

А д. Горошинка, оз. Барское, р. Лепёшка, перекат Кораблики, урочища Лодочка и Черепашка – какие дивные, таящие в себе некую тайну, названия! Жаль, что многие из них бесследно исчезают…

Досадно, что люди, которым доверили решать весьма важные вопросы, не осознают всей значимости возложенной на них функции ономатета – дающего имена. То, что наименования осуществляются без учёта мнения жителей, без совета с ними (хотя в последнее время наметились подвижки), без консультаций со специалистами, и является причиной появления вышеупомянутых несуразиц. 

Может быть, стоит шире привлекать людей более компетентных: краеведов, историков, учителей, архивариусов, библиотекарей, тех же филологов и журналистов? Тогда и откровенных ляпсусов наверняка станет меньше. 

Владимир ПОРОТНИКОВ