Обсудим

Сегодня медицина четко прописывает перечень услуг по полису ОМС. Однако до качественной «начинки» порой добраться ой как непросто! Разного рода препоны по рукам и ногам связывают посетителей лечебно-профилактических учреждений.

Недавно нашей семье пришлось испытать это на себе. Дело не стоило выеденного яйца. Медкомиссия военкомата обязала сына пройти ряд исследований и анализов и заполнить соответствующий акт в поликлинике по месту жительства. Причем в довольно жесткие сроки. Участковый терапевт тюменской поликлиники № 4 пошла навстречу призывнику – обследование заняло неделю, не больше. Акт врач заполнила. Оставалось его подписать. Не тут-то было! 

С утра, в день явки юноши в военкомат, мы с ним в мыле носились с ворохом бумаг из кабинета главного врача господина Белкина в кабинет его зама, потом в другой корпус ЛПУ, где находится регистратура, за медицинской картой и обратно. Беготня заняла часов пять. Это была  настоящая гонка с препятствиями!  Наконец, нам сказали, что заключение одного из специалистов оформлено недолжным образом и следует после обеда направиться к доктору, чтобы переписать акт. Руки опустились. Пришлось прибегнуть к каким-то внутренним воплям и всяческим увещеваниям людей в белых халатах. И только немыслимым путем все обошлось. Но стоило и нам, и медикам нервов. Круто, конечно, завернул гайки господин Белкин со всеми этими бумажками! Но ничего не попишешь, – бюрократия у нас всегда была выше человека. 

…Сей факт подтверждается буквально на каждом шагу. Без хлопот, суеты, бессонных ночей и стрессов получить плановую бесплатную высококвалифицированную медицинскую помощь – это все равно, что влезть без страховки на почти отвесную скалу. Далеко не каждый выдерживает до конца «экзамен» на прочность. Помню, какой кордон специалистов пришлось пройти Ирине Бунтовой из Березняков, чтобы попасть на консультацию к нейрохирургу в ФЦН (Патрушево). А как долго, с какой кипой документов вынуждена была доказывать свою инвалидность пенсионерка Валентина Игнатьевна Бехтерева из села Черепаново Нижнетавдинского района! Несколько лет!  «Зацепилось» за бумаженцию  медицинское обслуживание еще одного бедолаги, Геннадия Никитина из Тобольска, когда он с неясным диагнозом, с температурой приехал на углубленное обследование в Тюмень (и здесь напрашивается вопрос: а куда смотрели местные эскулапы?). Помогли госпитализироваться в клинику лишь связи и деньги, а не крайне плохое состояние больного. В конце концов, он получил высококачественное лечение, но, увы, поздно. Умер от запущенного онкозаболевания и метастаз. 

Не повезло в этом смысле и Юрию Ивановичу Бехтереву. На приеме у специалиста в областном онкодиспансере пациенту с раком легких предложили поддерживающую терапию на месте. По сути, отправили умирать домой, хотя больные с метастазами, тем более первичные, безусловно, тоже подлежат лечению в ООД. Чем руководствовался доктор, советуя мужчине при ухудшении состояния обращаться  в районную больницу? Скорее всего, здесь сыграл свою роль все тот же нечеловеческий фактор, когда за основу берутся нормы, а не люди. 

Одному не везет, и он вылетает из долгожданной очереди на операцию из-за неправильно оформленного документа. Другого подводит «стариковский» возраст. Третьему доктора назначают определенное эффективное лечение, а стандарты предусматривают иное…  И таких ситуаций множество! Нестыковки модернизированного и вроде как доступного здравоохранения с несовершенными и удаленными от доступности пациентами рвут все то доброе, что предусмотрено буквой предписания. Положение пациентов в столь отчаянной борьбе за «место под солнцем» подчас напоминает игру, когда страждущим в определенный момент нужно успеть сесть на стулья. Беда в том, что стульев мало, а страдальцев много. На всех все равно не хватает. 

Что ж, надежда умирает последней. 

Наталья ГЕРАСИМОВА

Евгений КРАН /коллаж/