ИМПОРТОЗАМЕЩЕНИЕ 

Продолжение. Начало в № 21. 

Легко сказать: «Провести в стране импортозамещение семян». На создание одного оригинального сорта порой уходит два десятилетия. Успех к тому же зависит от таланта ученых. Но и этого мало, чтобы противостоять жесткой экспансии зарубежных семеноводческих компаний. 

Наконец-то в нашей стране стали понимать, что надо делать упор на востребованные отечественные сорта, адаптированные к местным условиям. Ставка на импортные уже не выдерживает критики. И не только потому, что к нам в двери стучится ГМО, и это грозит снижением продовольственной безопасности страны. Те, кто уже «подсел» на зарубежное, разочарованы: достоинства той же громко воспетой рекламой пшенички превращаются в пшик. Сорт буквально на глазах рассыпается, деградирует… А все потому, что такие важные свойства, как устойчивость к болезням, высокая продуктивность и ряд других, прикреплены к заграничному «изделию» слегка, можно сказать, на кнопочки и на ранних стадиях селекции. Наши же ученые необходимые сорту качества, образно говоря, приколачивали крупными гвоздями добросовестно и надолго. 

Знаменитый селекционер из НИИСХ Северного Зауралья Владимир Васильевич Новохатин считает: «В их (иностранные) генотипы вставлены геномы, ведущие к снижению урожайности и посевных качеств семян после трех лет возделывания». 

Тем не менее доля зарегистрированных зарубежных сортов у нас в стране растет и растет. Там их в условиях высокотехнологичной оснащенности пекут, как блины, причем на любой вкус. 

У нас в регионе есть сельхозпредприятия, которые выращивают богатые урожаи с использованием сортов местной селекции. Но этого мало. Нужно выработать высокую устойчивость к болезням, требуется резко сократить применение ядовитых гербицидов и других средств защиты растений. Хотелось бы добиться заметной скороспелости, засухоустойчивости и прочих достоинств, позволяющих повысить рентабельность экологически чистого зернопроизводства. Хотелок много, а вот помощи селекционерам в их напряженной работе пока нет. И говорить о серьезном импортозамещении в такой ситуации, честно говоря, не приходится. 

В чем же вопрос? Во время проведения в областной Думе (2017 г.) круглого стола «Производство оригинальных и элитных сельскохозяйственных растений. Проблемы и перспективы развития» было заявлено, что основные сдерживающие факторы – это отсутствие государственной поддержки производства оригинальных семян из средств федерального бюджета и высокая трудоемкость их производства. То есть ученые из НИИСХ Северного Зауралья тратят уйму времени и сил на нефинансируемое производство оригинальных семян, поскольку творческий и кропотливый процесс селекции трудно отделить от первичного семеноводства. Иначе нет смысла выводить новые сорта. Разве что только для отчетов. 

Народные избранники и аграрные специалисты говорили тогда об устаревшей более чем на полвека материально-технической базе в селекции и первичном семеноводстве. И про «отсутствие возможности оказания финансовой поддержки из бюджетов субъектов РФ федеральным учреждениям». То есть достаточных средств на успешную работу федерального НИИСХ (ныне он включен в структуру Тюменского научного центра СО РАН в качестве филиала) государство не выделяет, а регион на это не имеет права. 

Заведующий комплексным селекционно-семеноводческим центром обнищавшего института Владимир Новохатин уточнил: ученые работают на вконец изношенном оборудовании (и всей материально-технической базы) образца 60–70-х и 80-х годов прошлого века. Тем не менее возглавляемый им центр по разработкам, распространению сортов и результативности входит в пятерку лучших в стране. 

– Когда мы подсчитывали объемы работы по закладке питомников и первичному семеноводству, – рассказывает Новохатин, – то пришли к неутешительному выводу: они настолько велики, что являются пределом наших возможностей. Мы испытываем острый дефицит в сотрудниках, а нашим ведущим ученым почтенного пенсионного возраста все труднее справляться с возрастающими нагрузками ручного труда. Причем эта работа не шаблонная и довольно ответственная, ее опасно кому-либо доверить. Лишь на пятый год после закладки питомника того или иного сорта, горстка к горстке, появляется достаточное количество оригинальных семян для реализации. На эту работу на вконец изношенных ручных селекционных сеялках, малогабаритных молотилках и сортировках, да и других приспособлениях без слез смотреть невозможно – все латаное-перелатаное. Эти ручные несложные механизмы весьма узкоспецифичные, и у нас в стране не производятся. А производимые за рубежом стоят неподъемных для института средств, которые ни федеральный, ни региональный бюджеты выделять не собираются. 

Вспоминаю высказывания на эту тему в самом начале нового тысячелетия всем хорошо известного депутата областной Думы Геннадия Филипповича Куцева: «Двадцать лет, которые тратят ученые НИИСХ на создание сорта и оригинальное его семеноводство – срок в современных условиях неоправданно большой. У них совсем нет оборудования и аналитических лабораторий для сокращения времени селекции – определения качества материала на ранних стадиях. И потому вопрос морально устаревшего оснащения института приобретает особую актуальность. Однако в целом нужно говорить не столько о поддержке НИИСХ, сколько о полноценной программе развития сельхознауки в области. Если ВНИИ энтомологии и арахнологии работает на всю страну, то НИИСХ Северного Зауралья – только на Тюменскую область. И помощь этому вконец обнищавшему институту со стороны региональных властей должна состояться. Ученые этого института работают очень серьезно и продуктивно. 

С тех пор прошло почти 20 лет. А это научное учреждение до сих пор влачит жалкое существование, как, впрочем, и все НИИ и центры аналогичного профиля в России. Хорошо еще, что их не разогнали, как всемирно известный Немчиновский селекционный центр в Подмосковье. 

Меня в последнее время не покидает ощущение, что Тюменский агропром находится в неоплатном долгу перед НИИСХ Северного Зауралья. В условиях нынешнего ограниченного применения минеральных удобрений повышение урожайности на полях идет в основном за счет высокого потенциала новых сортов. В советское время минимального питания вносили в несколько раз больше, а получали с гектара всего 15–18 центнеров зерна. Сегодня 67 процентов повышения урожайности идет за счет сортовой составляющей. Сорта последних сортосемян уже достигли потенциала в 65–70 центнеров с гектара, а он из-за недостаточного внесения «минералки» используется нашими земледельцами в среднем на 30–40 процентов. Тем временем селекционные достижения нашего института возделываются на полях от Пскова и до Сахалина, в Поволжье и на Камчатке, в сопредельных субъектах РФ и Казахстане. НИИСХ обеспечивает работой несколько десятков семеноводческих предприятий региона, которые, получая прибыль, реализуют высококачественные семена тюменской селекции во всех федеральных округах, в 47 субъектах РФ. 

Вот что мне не раз говорили наши селекционеры: «Чтобы оценить устойчивость выводимого сорта к засухе или прорастанию на корню, мы дожидаемся засушливого года или затяжного ненастья. Пока не будет вспышки той или иной болезни, ты не узнаешь устойчивость сорта к ним. Однако уже есть инструментарий и методики, позволяющие на уровне генотипа совсем в короткие сроки дать те или иные заключения об устойчивости сорта к почвенно-климатическим и другим условиям. Да и потом, что такое сорт? Если говорить только о его урожайности – будет не совсем правильно. Мы ведь его создаем для каких-то целей. Либо это сорт универсал, либо годится в качестве фуража на корм животным, либо для хлебопечения… И оценка этих параметров тоже важна. Без инструментария мы на ранних стадиях не способны оценить линейку показателей, от которых зависит качество выводимых сортов. И соответственно, сократить сроки селекции. 

Устойчивость к болезням можно оценить с помощью молекулярного анализа ПЦР-лаборатории. Есть лаборатории, оценивающие качественные признаки, определяющие аминокислотные состав белка в зерне. Качественный экспресс-анализ может подтвердить на ранних этапах правильность выбранного селекционного пути. С помощью такого инструментария мы можем остановить продвижение ГМО-сортов на наши поля. Устроить засуху в климат-камерах, запрограммировать иные условия. Посредством фитотрона гарантированно получать два урожая в год. Методы оценки не означают, что мы в разы сократим период селекции, но значительно сдвинем сроки выхода сортов в производство. 

Хотелось бы надеяться, что установка президента на импортозамещение семян сдвинет с мертвой точки застарелую проблему оснащения селекционных центров современным оборудованием. А в ответ наши творцы- кудесники создадут на благо страны новые шедевры. 

НА СНИМКЕ: на опытном поле. 

Валерий ИКСАНОВ /фото автора/