АПК 

В нашей стране все чаще регистрируются вспышки заразных болезней, в том числе особо опасных для животных и человека. Просто гигантские усилия и средства потребовались, скажем, для ликвидации сибирской язвы среди оленьих стад на Ямале. В 2017 году разразилась эпизоотия африканской чумы в свиноводческом ООО «Комплекс» Исетского района. А сейчас, как гром в середине зимы, вспышка бруцеллеза в СПК «Таволжан» в Сладковском. 

По сообщению медиков, эта болезнь может передаваться человеку. При заражении после контакта с животными или употребления в пищу их мяса и молочных продуктов поражаются практически все органы: дыхательная, пищеварительная и мочеполовая системы, сердце, селезенка, глаза и особенно спинной мозг – после чего следует инвалидность, а в отдельных случаях и смерть. 

Совсем недавно это предприятие в удаленном уголке региона приводили в пример в качестве успешно действующего племрепродуктора. «Таволжан» содержит и выращивает высокопродуктивный скот голштино-фризской и симментальской пород. В отделениях сельскохозяйственного производственного кооператива содержится около пяти тысяч голов крупного рогатого скота. С момента образования СПК в 2001 году здесь увеличили посевные площади до 20 тысяч гектаров. На землях с низким бонитетом научились выращивать высокие урожаи зерновых и кормовых культур. «Таволжан» активно развивает производство и строит жилье. 

И вот по успешному бизнесу нанесен сокрушительный удар. После выявления больных коров 31 января на территории фермы в Таволжане введен карантин по бруцеллезу (болезнь до того регистрировалась в Тюменской области 20 лет назад). К моменту выпуска этого номера газеты погибших и забитых 1150 голов скота с таволжанской фермы уже, скорее всего, свезли на Ишимский ветсанутильзавод и на переработку. На других фермах отделений этого предприятия животные пока здоровы. 

Причины вспышки бруцеллеза пока еще устанавливаются. Рассматривается несколько версий. В частности, председатель правления СПК «Таволжан» в беседе с журналистом информационного агентства «Правда УФО» предположил: «Мы более склонны полагать, что зараза могла попасть из озера, в котором водятся ондатры, восприимчивые к бруцеллезу. Ферма практически расположена на берегу». По другому мнению, инфекция могла быть занесена транспортом из Казахстана. 

В начале 2019 года специалисты подразделения управления ветеринарии Тюменской области проводили проверки на фермах СПК, в их материалах было указано, что «при въезде на территорию ферм сел Никулино и Алексадровка, деревень Таволжан, Михайловка и Покровка не оборудованы дезинфекционные барьеры…». На фермах также отсутствовали санпропускники. 

По некоторым данным, заболевание бруцеллезом возникло на таволжанской ферме гораздо раньше. Работники просто не придали значения участившимся абортам у коров и другим характерным клиническим признакам, что свидетельствует о затруднениях с определением диагноза опасной заразы. 

Надо признать, что ранее относительно успешным было и свиноводческое ООО «Комплекс» Исетского района, собственником которого являлся бывший директор департамента АПК Владимир Васильев. Совсем недавно состоялось 21-е заседание суда, на нем пытались вновь переложить долю ответственности на директора Исетского межрайонного центра ветеринарии за вспышку африканской чумы. А тот уже устал объяснять правоохранителям, что ни его центр, ни Исетская ветстанция согласно новой нормативной базе в РФ контролирующих и надзорных функций не имеет. У них есть лишь право выполнять мероприятия, утвержденные правительством области. Сделали, допустим, раз в год прививки, исследования по состоянию животных… И все на этом. Больше заходить на территорию частного предприятия они не имеют права. Иначе специалистов из системы областного управления ветеринарии ждет строгое наказание. 

То есть опытным, повидавшим многое в своей практике ветеринарам сказали: «Не суйтесь! Сельхозпроизводители без ваших проверок обойдутся». А те без ветеринарного контроля со стороны, можно сказать, расслабились. Дошло до того, что в отсутствие собственных ветврачей их обязанности выполняют зоотехники, а они диагноз толком поставить не могут, не говоря уже об эффективном лечении. Молодые ветеринары на предприятиях не имеют должной практики и опыта, в сложных ситуациях помочь им некому. Так и вспышка какой- нибудь новой заразы «нечаянно» нагрянет. Я тут слово в кавычки взял потому, что в деле обеспечения здоровья животных никаких нечаянно не бывает. Беда приходит к тому, кто к ней не готовится и не пытается заранее ее предотвратить. 

Есть и еще один вероятный вариант. Предположим, что «Таволжан» завез в новое животноводческое помещение племенной скот из Оренбургской области, где ранее были зарегистрированы очаги бруцеллеза. И потому в обязательном полуторамесячном карантине для привезенных нетелей должны были быть осуществлены особо тщательная проверка на отсутствие инфекционных болезней и другие исследования. И как-то не верится, чтобы бруцеллез за это время не проявился. Возможно, его в карантине проглядели. А опытных ветеринаров для осмотра животных из ветстанции «слабо» было пригласить. Они ведь не имеют права сами приходить. Повторяю, я озвучил условную версию с завозом скота из Оренбурга. 

Если сложить гигантские убытки свиноводческого комплекса из Исетского и молочного – из Сладковского районов, получится цифра с девятью нолями. К тому же жестко пострадали люди, заразившиеся бруцеллезом. Вот во что обходятся плохо продуманные ограничения! Понимаю, что бизнес надо освободить от излишней опеки. На здоровье ограничивайте проверки сельхозпредприятий от археологов и десятков других контролирующих и надзирающих органов, но систему с ветеринарным обслуживанием надо менять. Слишком дорого обходятся нашей стране непомерно участившиеся вспышки особо опасных инфекций. 

КОММЕНТАРИЙ НИКОЛАЯ ИВАНОВИЧА РЕНЁВА, В ПРОШЛОМ ИЗВЕСТНОГО ОРГАНИЗАТОРА СЕЛЬХОЗПРОИЗВОДСТВА: 

– В начале 60-х годов, когда я приступил к работе ветеринарным врачом в Голышмановском районе, обстановка с заразными болезнями на юге области была критическая. Но уже через 3-4 года нам удалось подавить очаги. В районах существовала должность государственного главного ветеринарного врача – главного ветеринарного инспектора, ему подчинялись все ветеринарные службы на территории. Была ветстанция, главные ветврачи хозяйств, в каждом сельхозпредприятии действовали ветеринарные пункты. В крупных селах, где содержались 3-4 стада КРС, был еще представитель ветеринарной станции. В общих мероприятиях, когда требовалось взять кровь, привить животных и провести исследования, к примеру, у тысячи голов, дружно участвовали все. Система была построена так, чтобы свести к минимуму заболевания. 

Сегодня ветеринарные службы разобщены. Так, есть у нас региональное управление ветеринарии и федеральная служба по ветеринарному надзору. За ситуацией в «Таволжане» последняя пока еще наблюдает. В управлении Россельхознадзора полагают, что в настоящее время вмешательства в работу управления ветеринарии не требуется. Наши полномочия, говорят федералы, – это надзор и контроль. Со своей стороны, через «Меркурий» удаленно следят за событиями. Мешать, ходить с проверкой считают несвоевременным. Позднее федералы проверят ветеринарную службу и специалистов предприятия на четкость и своевременность мер по ликвидации вспышки. Как я понял, одна из главных обязанностей федеральной ветеринарной службы – следить за работой региональной ветеринарной службы и наказывать за неверные действия и упущения. 

Подразделения областной службы ветеринарии, в свою очередь, лишены функций контроля и надзора за фермами сельхозпредприятий. И появляются там, к примеру, раз в год для выполнения мероприятий по плану, утвержденному областным правительством. Возникает закономерный вопрос: а кто же будет останавливать опасную заразу и контролировать работу ветеринарных служб хозяйств? 

Создается прямо-таки абсурдная ситуация. Вместо того чтобы предотвращать заболевания, мы вновь и вновь будем дожидаться новых вспышек заразы. Я не хочу обвинять в этих бедах все ветеринарные службы сельхозпредприятий. В некоторых из них трудятся высококлассные ветврачи, имеются свои лаборатории. Однако факт остается фактом: ложно понятая российскими чиновниками тема ограждения агробизнеса от ветеринарных проверок уже приносит большие проблемы. Не пора ли всем нам призадуматься над этим?

Валерий ИКСАНОВ /фото автора/