ИСТОРИИ СТРОКИ 

Капитан Алексей Чириков был участником двух Камчатских экспедиций, незаменимым помощником Беринга. 15 июля 1741 года он первым из европейцев на пакетботе «Святой Павел» достиг северо-западного побережья Америки. Около 20 лет своей жизни русский мореход посвятил изучению отдаленных земель России, но имя его долгое время оставалось в тени известных мореплавателей. 

БЫТЬ ЛУЧШИМ! 

Алексей Ильич Чириков родился 13 (24) декабря 1703 года в селе Лужное Тульской губернии. Родители его были небогатыми дворянами. 

В 1715 году Алеша вместе с кузеном приехал в Москву. Ему всего 12 лет, в его сумке – челобитная с просьбой принять братьев в школу «Математических и Навигацких, то есть мореходных хитростно искусств учения», организованную по указу Петра I. (Это первое российское военно-морское учебное заведение). Алексей Чириков стал одним из лучших учеников. 

Через год его перевели в Морскую академию, организованную в молодой Северной столице по инициативе государя. 

Русскому флоту требовались корабелы, штурманы, офицеры: «Которые есть в России знатных особ дети, тех всех от 10 лет и выше выслать в школу С.-Петербургскую, а в чужие края не посылать, и чтоб оные недоросли высланы были нынешнею зимою», – говорилось в царском указе. 

Академия воспитывала настоящих мужчин. Помимо вышеперечисленных дисциплин здесь изучались астрономия, кораблеведение, политика, архитектура, гражданское право, семь иностранных языков. Большое внимание уделялось практике – артиллерийской и стрельбе из мушкета, постановке парусов, такелажным работам и др. 

Геодезия среди дисциплин занимала особое место. Петр Великий хотел знать размеры своего огромного государства, определить координаты городов, исчислить расстояния между ними. 

Первые экзамены в Академии принимал лично Петр I. Чириков показал блестящие познания, царь был восхищен. Алексею присвоили военно-морской чин унтер-лейтенанта. Вдобавок одарили прозвищем Ученый моряк. Чирикова направили служить в Балтийский флот, но вскоре отозвали: как преподаватель он был нужнее. 

ЦАРСКАЯ ВОЛЯ 

Меж тем в столице затевалась великая экспедиция. Необходимо было выяснить, сходятся ли Азия с Америкой, или их разделяет пролив? Открытие пролива между ними, по замыслам Петра I, дало бы России возможность через Ледовитый и Тихий океаны проложить кораблям путь в Индию и Китай. 

«6 января 1725 года – всего за несколько недель до своей смерти – император собственноручно написал инструкцию: «1. Надлежит на Камчатке или в другом таком месте зделать один или два бота с палубами. 2. На оных ботах (плыть) возле земли, которая идет на норд и по чаянию (понеже оной конца не знают) кажется, что та земля – часть Америки. 3. И для того искать, где оная сошлась с Америкою: и чтоб доехать до какого города европских владений, или ежели увидишь какой корабль европский, проведать от него, как оный куст называют, и взять на писме и самим побывать на берегу и взять подлинную ведомость, и, поставя на карту, приезжать сюды». 

Как отличного специалиста Чирикова включили в состав экспедиции Витуса Беринга. Руководство Академии воспротивилось: «Кому обучать гардемарин?» Но Алексей Ильич сам попросился в экспедицию, он мечтал отыскать таинственные земли и этот загадочный пролив. Академия направила Берингу характеристику на Чирикова: «По обучению гардемарин и морских офицеров искуснее всех явился». 

Вторым помощником руководителя экспедиции, капитан-командора Беринга был назначен лейтенант Мартын Шпанберг, датчанин по происхождению. 

Вскоре пришла печальная весть: почил в Бозе император Петр I. Но медлить с исполнением царской воли расценивалось бы как кощунство. Отряд Беринга отбыл из Петербурга 25 января 1725 года. Путь пролегал через Тюмень. В Тобольске путешественники сделали остановку, где заготовили канаты, пеньку, лес. Когда открылась речная навигация, двинулись по Иртышу… 

«Труден был путь через Сибирь. Много свежих могил выросло на пути. Люди сами впрягались в нарты и, обессилев, падали, замерзали, тонули в трясинах, умирали от голода и цинги... 

Наконец путешественники прибыли в Охотск, селение из десяти разбросанных под горой дворов. Здесь должны были начаться работы по снаряжению экспедиции…» – рассказывает замечательная книга писателя Петра Северова «Морские были» 1954 года. Из нее мы узнаем интересные сведения о Чирикове: «Не раз вспоминал Беринг старинную поговорку о том, что люди познаются не на словах, а на деле. Насколько свиреп с подчиненными и криклив был Шпанберг, настолько уравновешен был Чириков. Любое задание, порученное Шпанбергу, вызывало жалобы, промедления, беспорядочную суету. У Чирикова же люди работали не страх – за совесть, и все как один стремились под его начальство. Быть может, это еще больше бесило Шпанберга и побуждало его отзываться о Чирикове с высокомерной насмешкой. Впрочем, лейтенант Чириков, человек внешне слабый, обладал железным характером и волей – он умел одним словом и даже взглядом утихомирить свирепого крикуна. 

В Алексее Чирикове Беринг обрел незаменимого помощника, добросовестного, опытного и отважного моряка. Но Чириков не всегда соглашался с начальником, открыто и смело отстаивал свои предложения». 

В Охотске был построен бот «Фортуна», но судно оказалось ненадежным, поэтому пришлось строить новый корабль, назвали его «Св. Гавриил». 13 июля 1728 года экипаж числом 44 человека вышел в далекий путь. В судовом журнале Чириков записывал не только сведения о маршруте, но и об обитателях моря, попадавшихся на глаза. 

К концу июля «Св. Гавриил» миновал устье реки Анадырь, 8 августа мореплаватели встретили чукчей. Беринг пытался узнать у них: «Ходят ли здесь какие суда? Есть ли тут острова?» Чукчи улыбались в ответ, они плохо понимали, что им говорят. Но все ж удалось уяснить, что «их землю окружает море». 

Доктор географических наук Вадим Греков в своем труде «Очерки из истории русских географических исследований в 1725-1765 гг.» отмечает, что «Алексей Чириков в журнале сделал запись: «…от них (чукчей) осведомится подлинно, о чем потребно, не могли». 

11 августа путешественники достигли пролива между Азией и Америкой (ныне Берингов пролив). 13-14 августа мореплаватели заметили позади себя «высокую землю», а несколько позже – высокие горы, «кои чаем быть на большой земле». В этот день они вышли в Северный Ледовитый океан, не заметив этого. 14 августа плыли, не видя берегов… 

Беринг держал совет с Чириковым и Шпанбергом, что предпринять далее? Сам же он «объявил признавание свое о земле Чюкоцкого носу и был уверен, что дал ответ на второй пункт инструкции Петра Первого… 

М. Шпанберг считал положение корабля неясным. Он думал о том, как выйти из создавшегося опасного положения. Этот моряк, весьма решительный на суше, был мало склонен к риску на море…» А. Чириков придерживался другого мнения. Он настаивал, что необходимо продолжить путь на Колыму, не боялся опасности полярного моря. 

На офицерском совете разгорелся яростный спор, но Беринг приказал возвращаться на Камчатку. Командор осторожничал: «В темные ночи, в туманы найдем ли мы путь на Колыму? А противные ветры принудят нас зимовать у пустынного берега? Да и судно уж требует ремонта». 

Весной 1730 года Чириков и Беринг вернулись в Санкт-Петербург. На Адмиралтейской коллегии капитан-командор держал доклад об итогах экспедиции. После чего президент Коллегии Головин, отличавшийся прозорливостью, и чиновники Сената решили снарядить Вторую Камчатскую экспедицию. В инструкции Адмиралтейств-коллегии Витусу Берингу было указано, что работу вести с «общего согласия с капитаном Чириковым…» 

ВИЖУ БЕРЕГ! 

И снова дальний путь. Второй поход перед моряками ставил большие задачи: обследовать берега Северной Америки, Северо- Восточной Азии и, по возможности, Японии, собрать материалы по географии этих земель и др. 

В 1734 году Беринг направился из Тобольска в Якутск, там выяснилось, что местные власти ничего не подготовили к экспедиции. Пришлось командору самому обо всем хлопотать. Для одного состава экспедиции требовалось 16 пудов продовольствия, да еще кормить команду в 500 человек! И нужно заготавливать лес для строительства кораблей. 

Три года отняли эти хлопоты. 

… 6 (17-е по н. ст.) октября 1740 года пакетботы «Св. Петр» и «Св. Павел», построенные в Охотске, вошли в Авачинскую бухту. Там экспедиция основала порт, названный в честь святых, имена которых носили их корабли. (Ныне крупнейший тихоокеанский порт и город Петропавловск- Камчатский). После зимовки и окончании всех приготовлений к плаванию 4 июня 1741 года (командору в тот день исполнялось 60 лет) корабли подняли якоря и вышли искать берега Америки. Капитаном «Св. Петра» был Беринг, «Св. Павла» – Чириков. 

Разразился шторм, появился густой туман, и суда потеряли друг друга, пришлось действовать самостоятельно. В ночь на 15 июля, на полтора суток раньше Беринга, Чириков первым из европейцев достиг американского берега в южной части Аляски. 

Капитан искал удобное место для стоянки, отправился вдоль берега на северо-запад. Несколько дней громыхал океан, у скалистых берегов пенились водовороты. Наконец корабль приблизился к заливу. Штурман Аврам Дементьев с вооруженными матросами на длинной лодке – лангбот – направились на разведку к берегу. Они везли для местных обитателей подарки, хотели узнать, что это за земля. Прошло несколько дней. Группа Дементьева не возвратилась… 

На обратном пути Чириков открыл ряд островов Алеутской гряды, нанес их на карту. На острове Адак впервые увидел алеутов, люди были дружелюбно настроены, моряки обменялись подарками. В октябре 1741 года «Св. Павел» вернулся на Камчатку. Но от тяжких испытаний и болезней часть команды погибла. 

В 1742-м Алексей Чириков участвовал в поисках пакетбота Беринга «Св. Петр». «Около двадцати лет своей жизни он отдал изучению Сибири, Камчатки, Тихого океана, Аляски, Алеутских островов… Но царские сановники отнеслись к доблестному мореходу с тупым равнодушием, – отмечает Петр Северов. – По окончании экспедиции Чирикова даже не вызвали в столицу. Больной туберкулезом, он проживал в глухом городе Енисейске. В столице о нем почти забыли. Помнили только в дворянском банке, которому Алексей Ильич задолжал 4 000 рублей. Лишь в 1746 году Чириков добрался до столицы. Он был произведен в чин капитана-командора и назначен директором Морской академии, а вскоре переведен в контору Адмиралтейств-коллегии в Москву». 

Но 24 мая (4 июня) 1748 года от туберкулеза и последствий цинги жизнь Алексея Чирикова оборвалась. «Чириков скончался, заслуживши себе честь не токмо искусного и прилежного офицера, но и праводушного и богобоязливого человека; чего ради память его у всех, кои его знали, в забвение не придет», – отзывался об отважном мореходе ученый Герард Миллер. 

Память о «русском Колумбе» живет. В честь Чирикова названы географические объекты, в Саратовской области есть село Чириково, ледокольное судно. В Петропавловске-на-Камчатке ему установлен бюст. А несколько лет назад в Санкт-Петербурге именем Чирикова назвали улицу. Этот град определил его судьбу…

НА СНИМКЕ: капитан Алексей Чириков. 

Елена ДУБОВСКАЯ /фотокопия автора/