СОЦИУМ 

Позвонили из поселка Боровский: «Хотели бы знать мнение вашей редакции: имеет ли право наш двадцатитысячный населенный пункт на муниципальный краеведческий музей с соответствующим штатом работников и финансированием, коими располагают не только города, но и не столь крупные территориальные образования».

На моей памяти в 1965 году стало городом 14-тысячное село Сургут в Ханты-Мансийском округе. Да и другие северные территории по достижении примерно такого же количества жителей названы городами. Полагаю, что и Боровский имеет право. Он бы обрел этот статус, если бы не близость к областному центру, который со временем наверняка поглотит поселок. Однако при этом никто не отнимет у него богатую историю. 

Разведывательные работы в 30-х годах показали, что общая площадь торфяных массивов неподалеку от железнодорожного разъезда составляла 6792 гектара с пригодными для эксплуатации 17151 тыс. тонн топлива. После чего Председатель Совнаркома СССР В. Молотов и Секретарь ЦК ВКП(б) И. Сталин 9 июня 1939 года подписали соответствующее Постановление: «В целях перевода всех предприятий Омской области в ближайшие 3-4 года на топливо, добывающееся в близлежащих районах, разрешить Совнаркому СССР приступить к промышленной разработке в Экибастузском месторождении в Казахской ССР, а также торфомассивов Боровое и Называевка. Установить план добычи торфа…». 130 тыс. тонн стратегического топлива было добыто тружениками Боровского торфопредприятия в годы Великой Отечественной войны. Потребителями стали электростанции, обеспечивающие энергией оборонные предприятия, многочисленные военные госпитали. Без малого тысячный коллектив Боровского торфопредприятия являлся ключевым звеном тыла. 

– Труд в ту пору в большинстве своем оставался ручным, – писала много лет назад хранительница истории, учитель русского языка и литературы Нина Ивановна Дударева. – С транспортерной ленты за одну смену один работник должен был перенести 18 тысяч кирпичей сырого торфа, что равнялось почти 15 тоннам. После войны в числе потребителей торфа были Уралмашзавод и свердловская фабрика «Изоплит», а позднее – ТЭЦ-1 в Тюмени. В 1956-м началась техническая реконструкция и модернизация, позволившая перейти к фрезерной, значительно увеличивающейся добыче торфа. 

В 1958-м началось строительство Боровской птицефабрики, в дальнейшем выросшее в крупнейшее, известное в мире предприятие, на котором производилось 2479 тыс. яиц и 12 тонн мяса в сутки. Первым директором птицефабрики в 1963-м году стал Сергей Михайлович Никулин. В 1976-м коллектив птицефабрики наградили орденом Трудового Красного Знамени. Высокого звания Героя Соцтруда были удостоены кроме С.М. Никулина рабочая цеха выращивания А.Е. Спиридонова и последующий руководитель предприятия А.А. Созонов. Кавалерами орденов Ленина, «Октябрьской революции» и Трудового Красного Знамени стали 26 боровчан. В 1969-м под Боровским открыли детскую железную дорогу с локомотивным депо, механическими мастерскими, спортплощадками и кафе. В 86-м в нескольких километрах от поселка создан археологический музей-заповедник. Напротив – «Андрюшин городок», древнее городище с оборонительными валами и рвами. Именно здесь проводил в 1883 году раскопки археолог и историк И.Я. Словцов. По гипотезе ученых, сооружен городок в V-III вв. до н.э. Исследования там продолжаются. 

В поселке известен ряд других промышленных и перерабатывающих предприятий, сыгравших заметную роль в становлении Тюмени как главной базы обустройства нефтегазового комплекса. Боровчанам есть чем гордиться! Но что заставило ветеранов- общественников, нынешних хранителей истории, обратиться в редакцию? 

Зачинателем краеведения, как уже сказано, стала Нина Ивановна Дударева. В ноябре 1975-го в Боровском открылась школа № 2. Возводилась она в связи с бурным ростом мощностей птицефабрики и возводилась на ее деньги. Но не только силами профессиональных строителей, Нина Ивановна востор- женно вспоминала субботники и вечерние отработки, на которые боровчане спешили всем миром. В школе № 2 Дударева состоялась и как прекрасный учитель словесности, и как отличный краевед. И, добавлю, экскурсовод по музею, который создавала с помощью учеников – ветеранов войны и труда, членов клуба любителей поэзии, учителей, работников Дворца культуры. В общем, подключились все неравнодушные люди, помнящие свои корни, уважающие историю малой родины. Без прошлого нет будущего… Но в конце минувшего века в школе провели реконструкцию, и из- за недостатка помещений музей пришлось переместить в здание бывшего детского сада, а вскоре и Нины Ивановны не стало. 

– Наш музей сегодня насчитывает более 16,5 тысячи экспонатов, – рассказывает бывший педагог дошкольного воспитания Нина Лукинична Архипова. – Объем внушительный, но есть немало экспонатов, которые остаются неучтенными, находясь в неприспособленных запасниках. Располагается музей в здании детского сада старого проекта. Средства на содержание музея, подготовку экспозиций и хозяйственные расходы мы уже более 20 лет отщипываем от наших скромных пенсий. Частенько бывает стыдно перед людьми, – а экскурсии проводятся регулярно, – за нашу бедность, за убогость в оформлении залов, за допотопную разномастную, с миру по нитке, мебель. Не так давно мать Героя России Раушана Абдуллина Гульфруз Сергеевна принесла нам личные вещи сына (в Новотарманском нет музея). Доверила самое сокровенное и дорогое. Но мы пока не можем составить достойную экспозицию, посвященную жизни и подвигу воина-миротворца. Элементарно нет денег. Да и места не хватает – муниципалитет забрал у нас две комнаты. Не достает площадей и для все расширяющейся экспозиции татарской культуры. 

Минзат Вахитович Ибатуллин кропотливо собирает и восстанавливает музыкальные инструменты сибирских татар, а также в крупнейших библиотеках страны выискивает произведения сибирско-татарских поэтов 18, 19 и начала 20 веков, о которых сегодня мало кто знает. В планах бывшего издателя национальной литературы сдать в печать антологию таких авторов. 

Зал русской старины на попечении Нины Лукиничны Архиповой и Надежды Анатольевны Федотовой. Здесь немало экспонатов, которые нужно стирать, сушить, утюжить. Они не чураются никакой работы. Сами моют полы, вытирают пыль. Недавно с помощью Минзата Вахитовича Ибатуллина и Леонида Владимировича Кузнецова восстановили ткацкий станок. Изготовили недостающие деревянные детали, закупили на свои средства нити. Не зря старались: этот экспонат народного ремесла стал центром внимания, особенно приглянулся воспитанникам детских садов и ученикам младших классов боровских школ. 

Аккуратный зал истории поселка содержит массу информации. Но в основном в папках и альбомах. Не хватает здесь более доступных для восприятия баннеров, больших фотографий. Из Героев Соцтруда лишь портрет С.М. Никулина, не говоря уже о знаменитых орденоносцах. А где широко известный в области и стране Александр Андреевич Созонов, который провел реконструкцию и глубокую модернизацию птицефабрики, был одним из лидеров тюменского крестьянства, сторонником и инициатором сохранения сел и деревень?! Его дочь – гендиректор «ПРОДО Тюменский бройлер», депутат областной Думы Оксана Александровна Величко могла бы, наверное, помочь организовать экспозицию памяти отца, передав какие-то материалы, быть может, вещи, но она должна быть уверена в том, что все сохранится. А сегодня никто не может поручиться за будущее музея поселка Боровский: официально он нигде не зарегистрирован, не имеет юридического лица, а, значит, и будущего. 

С приходом в прошлом году общественника Леонида Владимировича Кузнецова, в далеком прошлом служившего на сторожевом корабле морских частей пограничных войск на Дальнем Востоке, оживилась работа в зале Боевой славы. Его сотрудничество с организацией «Пограничники Тюменской области», создавшей лучший в стране патриотический парк Пограничников, сделало поселковый музей популярным. Сегодня Леонид Владимирович принимает по нескольку экскурсий в день из детских садов и школ по теме «Спасибо деду за Победу». В Боровский не вернулись 40 фронтовиков. А вместе с приезжими Родину защищали двести боровчан. Одна из улиц поселка названа в честь четверых братьев Мареевых, героически погибших на передовой. 

– Сердце болит за наши дела, – откровенничает Леонид Владимирович. – Есть у нас в поселке памятники погибшим фронтовикам в Великую Отечественную, афганцам, воинам чеченских событий, десантникам и пограничникам. Их имена можно прочитать в книгах Памяти. Однако мемориалы безмолвные, а рассказать об отдавших свои жизни должен музей. Но мы пока не имеем возможности развернуть экспозицию о защитниках Родины из-за отсутствия помещений и средств. Замечено, что нынешним патриотически настроенным подросткам совсем не нравятся скромные уголки с невнятной информацией о погибших военно- служащих. 

Леонид Владимирович полон идей и планов. Но… Недавно от одной районной чиновницы пришел ответ на обращение ветеранов-общественников о регистрации музея и его финансировании, где она советует оформить его как частное предприятие. 

– Хороши дела, – возмущается Кузнецов, – Я, как все моряки, ценю соленые шутки, но эта, как говорится, не по зубам. 

НА СНИМКЕ: на их плечах держится музей поселка Боровский. 

Валерий ИКСАНОВ /фото автора/