ПАМЯТИ АНТОНА ШАРОЕВА

«Страшно даже произносить эти слова, но надо. Умер маэстро Антон Шароев. Не сразу, не вдруг. Две недели Антон Георгиевич сражался за свою жизнь в больнице, куда был доставлен после многочасовой оркестровой репетиции в Тюменской филармонии. Подтвержденный диагноз – «ковид», – написал я на своей страничке «ВКонтакте», узнав о его смерти.

Антон Шароев готовился дать концерт в Санкт-Петербурге, в легендарном Мариинском театре, куда был приглашен самим Валерием Гергиевым. Разве могла ему помешать какая-то инфекция? Эта – смогла. 

Когда Шароев оказался в больнице, никто и представить не мог, что дни его уже сочтены. Руководство филармонии перманентно переносило концерты, запланированные в программе «Алябьевской музыкальной осени». Для нас, меломанов, первый тревожный «звоночек» прозвучал после переноса выступления оркестра «Камерата Сибири» с 21-го на 25 сентября по болезни маэстро. Концерт рассматривался как генеральная репетиция оркестра перед поездкой в город на Неве. Козырным номером программы для избалованной петербургской публики была выбрана музыкальная драма «Орфей» одного из первых русских профессиональных композиторов Евстигнея Фомина на текст драматурга Якова Княжнина, написанная в 1791 году. А 25 сентября этот концерт был отменен. Отменён навсегда. Только 4 октября в Интернете было опубликовано сообщение о том, что Антон Шароев переведен в реанимацию, а 6 октября он ушел из жизни. 

На смерть такой значимой для российской культуры личности было много официальных соболезнований. Я же хочу дать слово артистам, которых Шароев привел в «большую музыку». 

Рассказывает лауреат международных конкурсов, органистка и пианистка Мария Блажевич: 

– Когда моя дочка была совсем маленькой, она говорила: "У мамы два принца: папа и Шароев". Сегодня не стало главного принца моей жизни – Антона Георгиевича. Больше 20 лет мы работали вместе: сколько музыки сыграли, в стольких странах побывали... Было много трудностей, случались слезы и обиды, но он всегда говорил: "Маша, мы с тобой одной крови. Между нами есть связь, мы музыкально чувствуем друг друга". Действительно, связь была необыкновенная, даже мистическая. Сказать, что я любила маэстро, значит, ничего не сказать. Часто мне пеняли: "Что ты все время говоришь только о Шароеве…". Но я не могла о другом... Антон Георгиевич был слишком уникален. В свои 92 он продолжал не только дирижировать, но и играть на скрипке! В апреле этого года был наш последний концерт. Играли с ним в том числе и сонату Франка. Он умел искрометно шутить, преданно любил музыку. Трудно поверить, что ещё две недели назад мы сидели с ним на восьмичасовой оркестровой репетиции и готовились к концерту в Мариинке. А сейчас я плачу и не могу остановиться. В мае Антон Георгиевич почувствовал себя нехорошо, на репетицию вызвали скорую, и он сказал мне: "Маша, ты не плачь! Мы ещё с тобой обязательно сыграем… на небесах!» Верю, Учитель, что сыграем! 

Артистка хоровой капеллы Тюмеской филармонии Наталья Терентьева: 

– Так сложно подобрать слова... Скончался наш дорогой дирижер, наставник. Его энергичность, оптимизм, жизнелюбие порой удивляли. Откуда у человека в почтенном возрасте столько планов, идей? Всё просто: он жил музыкой, служил ей! Не работал, а именно служил. А его незабываемые шуточки на репетициях! В далеком 2004 году он впервые вывел меня на сцену как солистку. Всегда подбадривал, поддерживал. Столько незабываемых поездок, концертов. Огромная утрата для нашей культуры. И моя личная...». 

Артист хора Music Aeterna (Санкт- Петербург), испол- нитель арии Христа в духовной опере Антона Рубинштейна «Христос» Александр Гайнутдинов: 

– С маэстро я познакомился в 2010 году, когда работал в Магнитогорской хоровой капелле имени Эйдинова. Он – дирижер струнного оркестра местной консерватории – пришёл к тогдашнему руководителю нашей капеллы Надежде Ивановой в поисках артиста для своего проекта (это был "Алкид"). К тому времени я уже был постоянным солистом с репертуаром, поэтому Надежда Павловна, недолго думая, посоветовала Антону Георгиевичу меня. Так началось наше знакомство. В "Алкиде", к сожалению, я тогда принять участия не смог. Но в следующем году Антон Георгиевич предложил мне заглавную роль в опере "Христос". Потом был наш совместный с ним проект – уэбберовская рок- опера и мой переезд в Тюмень. За тюменский период удалось дать несколько концертов с Антоном Георгиевичем, где, помимо "Христа", были и другие сочинения: «Персидские песни» Антона Рубинштейна, Бах, Вивальди, Пороцкий... До последних дней мы с ним поддерживали тесную связь, несмотря на то, что я принял решение начать работу в другом коллективе. Было много совместных планов. Теперь уже – неосуществимых... Ошеломляющая весть застала меня на гастролях в Швейцарии. Не думал, что всё будет вот так. Ожидал, что маэстро поправится... 

Меня, вашего корреспондента, с Антоном Георгиевичем познакомила в 2000 году Анжелика Таланцева. Тюменскую филармонию закрыли на капитальный ремонт, и выступления оркестра «Камерата Сибири» проходили на разных площадках. Особенно мне запомнился концерт в ДК «Строитель» в апреле 2002 года, когда мир прощался с королевой Великобритании и Британского Содружества Елизаветой, известной как «королева-мать». Слушателей в зале было немного. «Камерата Сибири» и камерный хор «Ренессанс» под управлением Антона Шароева исполнили ораторию Георга Фридриха Генделя «Мессия». Мне подумалось, что это произведение классической духовной музыки как нельзя лучше подходит для прощания со столь выдающейся женщиной. 

Антон Георгиевич был невероятно требователен к себе и к музыкантам. Постоянные слушатели его концертов помнят, как после сыгранного произведения Шароев просил у них разрешения исполнить его еще раз, а то и два. Это потому, что чуткое ухо мастера улавливало погрешности в сыгранном опусе, и он добивался от оркестра идеального звучания. Помню, как на одном из концертов Антон Георгиевич должен был солировать на скрипке. Взяв несколько нот, остановился и стал играть сначала, а потом обратился к публике: «У меня сегодня не получается, я вам сыграю на следующем концерте». Кроме дирижирования, Шароев играл на скрипке и альте, а когда участница его оркестра Мария Блажевич задержалась в гастрольной поездке, сам сел за клавишный синтезатор. Сейчас мне кажется невероятным, что когда-то я не понимал и не любил классической симфонической музыки. Но, присутствуя почти на всех концертах оркестра «Камерата Сибири», трио «Барокко», музыкального театра «Пикколо», выступавших под управлением маэстро, я влюбился в эту музыку так же, как и многие тюменцы, ставшие поклонниками таланта и друзьями заслуженного деятеля искусств России и Украины Антона Георгиевича Шароева. 

НА СНИМКЕ: Антон Шароев принимает поздравления с 80-летием (2009 год). 

Юрий ХОЗЯИНОВ /фото автора/