ПРАВОСЛАВИЕ

БЕСЕДЫ С ПРОТОИЕРЕЕМ ДМИТРИЕМ КЛИМОВЫМ

Продолжение. Начало в № 32 

– А что подразумевается под благодатью, которая исходит от мощей и святых реликвий? Это некий символ, фигура речи, или же какая-то энергетика, существующая и проявляющая себя в материальном мире? 

– Благодать – это сила Божья. Это греческий богословский термин и означает буквально силу Бога, энергию Бога, которая действует через людей и через святыни, посредством креста, икон, святой воды, святых мощей... 

– Значит ли это, что у моей бывшей супруги всё же были какие-то основания считать, что тот злосчастный, не сохранившийся у нас букетик с могилы святой Ксении повлиял на судьбы нашего брака? 

– В данном случае, конечно, нет. Если в подобных букетиках и есть какая-то благодать, то она, во всяком случае, скажем так, не системообразующая. А системообразующей в браке является другая благодать – во-первых, благодать таинства венчания, которая соединяет людей в таинстве брака, а во-вторых, благодать, получаемая и постоянно возобновляемая через молитвы супругов к Богу о том, чтобы в их семье сохранилась любовь. А букетики и прочие, как это называют церковные бабушки, «святыньки», здесь не так важны. 

– В таком случае, почему Церковь не разъясняет это людям, не борется с таким превратным, искажающим христианское вероучение, полуоккультным- полуфантазийным пониманием роли и значения таких «букетиков»? А то и наоборот, всё это поощряет. 

– Зачастую это чисто меркантильный интерес. Спрос, как известно, порождает предложение. Один только пример – когда Малахов в своей телепередаче «распиарил» Спиридона Тримифунтского, в нашей церковной лавке немедленно раскупили все его иконы. Мы – на склад, заказать новые, а там говорят, что всё, не вы одни такие, закончились иконы Спиридона. А уж в Покровском монастыре всё это поставлено на поток, вследствие чего он является, наверное, самым богатым из московских монастырей. 

Конечно, к подлинному христианскому вероучению всё это прямого отношения не имеет. И я тоже не могу этого понять и принять. Ну, вот есть могила или мощи святого – приходи, молись, но зачем из этого создавать такой ажиотаж? Кстати, в Средневековье подобные явления в католической церкви послужили одной из основных причин Реформации. 

Но ещё раз подчеркну, что, хотя почитание мощей и принимает иногда извращённые формы, это совершенно не значит, что по своей сути в этом есть что-то плохое или неправильное. 

– Однажды в московском храме преподобного Сергия Радонежского в Крапивниках мне показали удивительную реликвию – Кийский крест, знаменитый тем, что в нём, в маленьких замурованных нишах, содержится, наверное, рекордное количество христианских святынь и реликвий, среди которых частица аутентичного Креста Господня, фрагмент Ризы Христовой, а также 108 частичек мощей различных святых и 16 камней с мест всевозможных библейских событий. В том числе камешек из стены пещеры, где сатана искушал Иисуса, и даже осколок того самого камня, на котором Авраам угощал Святую Троицу. Этот камешек заинтриговал меня более всего. Тем не менее, даже во всезнающем Интернете мне потом так и не удалось отыскать информации о том, как же был найден этот необыкновенный камень, и, что самое главное – каким образом идентифицирован. 

– Во времена патриарха Никона, конечно, не было серьёзных исторических методов, какие существуют сейчас, и посредством которых мы можем верифицировать хронологию тех или иных артефактов. Но, с другой стороны, не следует недооценивать значимость предания. То, что мы сейчас называем историей, основано на разного рода источниках – документах, предметах, археологических находках… А то, что люди называли историей раньше, когда даже не было исторической науки как таковой – это предание, информация, передающаяся из уст в уста, из поколения в поколение. И это предание не нарушалось. 

Все места, которые связаны с Авраамом, евреи начали почитать практически сразу после описанных в соответствующих главах Ветхого Завета событий. А Палестина – не такая уж большая территория, как наша Русь-матушка, чтобы нельзя было вспомнить, где жил Авраам. А если он жил в этом месте, то где-то вот здесь и стоял его шатёр, у которого он встретил Святую Троицу. А вот это дерево, наверное, и есть тот Мамврийский дуб… 

Что же касается новозаветных мест, конечно, их массовое почитание началось со времён императора Константина и святой Елены, которые первыми начали заниматься церковной археологией. Но и задолго до того в Палестине были христианские общины и селились монахи, так что тоже существовало своё предание. 

На горе Искушения, где происходило описанное в Евангелии искушение Христа, действительно есть пещера. Я был на этом месте. И с вершины горы на самом деле видно очень далеко. Пусть не «все царства мира», но, по крайней мере, три государства можно увидеть – Сирию, Иорданию, и собственно сам Израиль. Других подобных гор в этом месте нет, так что можно с достаточной долей уверенности предположить, что всё было именно здесь. 

Разумеется, всё это часто условно и несколько приблизительно, как, например, пещера Гроба Господня, которая, конечно, является не той же самой пещерой, а просто находящейся примерно на том же месте. Но это ведь не мешает нам её почитать. Здесь можно провести параллель и с Новым Иерусалимом, созданным тем же патриархом Никоном. Очевидно же, что это не тот самый Иерусалим, однако это не мешает нам видеть в нём прообраз места библейских событий, и никто не утверждает, что это обман и надувательство. Более того – мы называем Сионской горницей всякую церковь, где совершается литургия, прообраз Тайной вечери. И никто не скажет, что это фальсификация, понимая, что всё дело в том, где человек себя ощущает духовно, говоря: «днесь Тайная вечеря». Для нас она происходит сейчас, здесь, и мы являемся её сопричастниками. 

– Когда я был в адыгейском Свято-Михайловском монастыре, экскурсовод рассказал, как уже после войны, в 1946 году, здесь были взорваны монастырские храмы, пережившие все антирелигиозные кампании двадцатых и тридцатых. И этот рассказ привёл меня в некоторое недоумение. Нас же учат, что Сталин прекратил гонения на Церковь, и после войны было сплошное церковное возрождение и благорастворение воздухов, вплоть до самой хрущёвской антирелигиозной кампании. И вот на тебе – разрушенные уже в 1946 году храмы. Что-то здесь не вяжется. 

– Начнём с того, что после войны открывались только те храмы, которые не были перепрофилированы для каких-то других целей. Если здание бывшей церкви стало складом или клубом, то обратно в храм его не переделывали, таких прецедентов не было. А вот если стоит где-то заколоченная бесхозная церквушка, то её могли и вернуть. Тем более, если её уже открыли немцы во время оккупации. 

В Михайло-Афонском монастыре здание взорванного собора было уже не храмом, вероятно, оно просто мешало планам строительства чего-нибудь, или же пришло в аварийное состояние. Тем более что специально, в целях борьбы с религией, храмы в то время действительно уже не взрывали. 

– А какова была причина такой перемены в отношении к православной Церкви? 

– Конечно, Сталин не обратился, как Савл, а просто понял во время войны, что религиозность народа – это мощный резерв, за счёт которого можно многого достичь. Это во-первых. А во-вторых – наверное, сознавал, что если снова закроет храмы, открытые на оккупированных территориях, это не встретит понимания. 

– А что вы можете сказать о легендах, широко распространённых в кругах сталинистов прохановского толка – о тайной воцерковлённости Сталина, облёте Москвы осенью 1941 года самолётом с чудотворным образом Богоматери на борту или визита вождя к старице Матроне, на тему чего есть даже неканоническая икона, и тому подобных? 

– Я в это не верю. Теоретически возможно предположить, что Сталин, напившись «хванчкары» с такими же бывшими семинаристами из ЦК, мог распевать «Иже херувимы», а потом сказать: «А ну-ка, везите меня к Матроне». Но о сколько-либо искренней его вере речи идти не может. 

Что касается облёта с иконой Москвы, могу предположить, что какой-то благочестивый верующий из советских лётчиков взял с собой в боевой вылет иконку Казанской Божией матери и действительно облетел с ней столицу. Но уж никак не по приказу Сталина (что, впрочем, никак не умаляет самого этого действа). Сталинская эпоха – это не времена Ивана Калиты, все сколько-либо значительные события, тем более касающиеся руководства страны, задокументированы и сохранены для истории. Сохранились бы и документы, свидетельствующие о подобных приказах и распоряжениях. Но их нет. Есть только рассказы, передающиеся из уст в уста и публикации в маргинальных газетах. 

Послевоенное церковное возрождение и то, что Сталин действительно стал относиться к Церкви более-менее терпимо, связано ещё и с позицией, занятой самой Церковью. Ведь некоторые зарубежные церковные иерархи поддержали в войне Германию и Гитлера, думая, что вот, наконец, он освободит Россию от безбожной власти. Что впоследствии осталось пятном на их репутации. А иерархи, оставшиеся в СССР на свободе и выпущенные из лагерей в 1942-1943 годах, были настроены в высшей мере патриотично. Не только на словах, но и на деле, собирая огромные средства на производство танков, самолётов и другую помощь фронту. Некоторые из них даже были награждены орденами, как, например, митрополит Ленинградский и будущий патриарх Алексий Симанский. 

Кроме того, Сталин возродил уже другую Церковь, не ту, которую он до того уничтожил. От той, прежней, Церкви осталось только название, Предание и преемственность рукоположения. А новая была страшно запугана и полностью лояльна существующему режиму.

– В том же Свято-Михайловском монастыре имеется свой палеонтологический музей, где выставлены найденные в горах окаменелости времён мезозойской эры. Я спросил у монастырского гида, а как, собственно, окаменелости многомиллионолетней давности согласуются с библейским Шестодневом, на что он ответил, что противоречия нет, поскольку у Господа один день, как миллион лет, и миллион лет, как один день. Не могу сказать, что этот ответ меня полностью удовлетворил. 

– Могу только повторить то же самое. Меня несколько смущает другое – принято считать, что грех, зло и убийство пришли в этот мир после грехопадения Адама и Евы, а это плохо сочетается с тем, что хищники существовали до первых людей. И вот это несоответствие я не могу для себя объяснить. А что касается геологической истории – «дни творения», а также «утро» и «вечер» в Книге Бытия – понятия условные и аллегорические. Они не означают промежуток времени между восходом и заходом Солнца. Тем более что речь идёт о временах, когда и Солнца-то никакого ещё не было. 

Продолжение следует.

Роман БЕЛОУСОВ