РАССКАЗ

В первых числах октября наш буксир подошёл к живописному острову напротив города Усолье. Из-за большой отмели капитан приказал причалить не к острову, а к безлюдному противоположному берегу, чем вызвал неудовольствие команды. 

Вопрос швартовки интересовал многих. Свободные от вахты ребята всегда сходили на берег, чтобы погулять. А сейчас? Сначала нужно пересечь остров, оттуда добраться до берега другого рукава реки, и только потом на пароме или с оказией – в город. 

Но разве это остановит тех, кто собрался «прошвырнуться» и «размяться»: сходить на танцы, в кино или познакомиться с местными девчатами? 

Когда сходили на берег, все были одеты по-летнему, надеясь вернуться на судно к одиннадцати или пораньше. 

Паром стоял на нашей стороне, и в течение часа флотская команда уже шагала по улице города в направлении кинотеатра. 

После сеанса группа распалась. У кого-то нашлись знакомые, остальные двинулись в городской сад, откуда доносились «Амурские волны». 

В общем, попали с «корабля на бал». У входа на танцплощадку щебетала стайка девушек. Мы с товарищем подошли познакомиться, и весь вечер не отходили от выбранных подруг. 

Девушку, с которой я танцевал, звали Света. Она понравилась мне настолько, что одна мысль о расставании была равносильна потере близкого человека. 

Незаметно пролетело время. Пора было возвращаться на судно, а я все ещё не мог улучить момент, чтобы проводить девушку или хотя бы договориться о встрече. На мои предложения она отшучивалась: «У меня строгая мама, не разрешает встречаться с незнакомыми моряками». 

Я парировал: «Так я же речник! А про речников твоя мама, наверное, ничего не говорила. Тем более, мы с тобой уже знакомы. Ты знаешь, как меня зовут, а я – тебя». 

В перерыве между танцами, пошептавшись с подружкой, Света сказала, что они ненадолго выйдут. 

Начался следующий танец, а девчонки не возвращались. Подождав минут десять, я покинул танцплощадку и в расстроенных чувствах побрёл по опустевшим незнакомым улицам, надеясь встретить Свету. 

– Случайно, не нас ищешь, морячок? – окликнули меня трое парней примерно моего возраста. 

– Нет, не вас! – спокойно и как-то отрешенно ответил я, понимая, что одному от троих отмахиваться будет трудно. 

Однако они, словно почувствовав мое настроение, отступили. А один из них даже дружелюбно хлопнул по плечу: «Поторопись, а то на паром опоздаешь». 

Как в воду глядел! Паром уже не работал, наших ребят у берега не было. Но мне повезло. Недалеко от пристани причалила лодка, и после недолгих уговоров, за небольшую плату, хозяин перебросил меня на остров. 

На нем каждое лето работал пионерский лагерь. Но сейчас там было пусто. 

Выскочив из лодки, я рванул по тропинке к заякоренному пароходу. Палуба была освещена, горели стояночные огни, однако из вахты никого. 

«Вот паразиты, забыли про меня», – мысленно ругал вахтенных, хотя виноват был, конечно, сам. 

С реки дул холодный ветер, и в летней одежде становилось неуютно. 

Подождав, я стал кричать, надеясь быть услышанным. Хотя ширина реки двести метров, ветер, видимо, «гасил» мой крик, а может, относил в сторону. 

«Им лафа! Сиди, пей чай или читай книгу», – злился я. Затем начинал успокаивать себя: «Нет, нужно кричать, вдруг кто- нибудь услышит. 

Что делать? На пароход перебраться не могу, в город тоже не попасть, а на берегу задубею». И вдруг вспомнил, как, пробегая по тропинке, увидел в одном из пионерских домиков тусклый свет в окне. «Значит, в лагере кто-то живёт? Рискну, попрошусь погреться. Иначе, дело труба». 

В домике спали. Тем не менее, я нагло постучал. Вскоре услышал шаги и голос за дверью: «Кто там? Что за ночной гость?». 

Я начал, торопясь, рассказывать про пароход, про то, что не могу на него попасть и вдобавок очень замёрз. 

Дверь открылась, и в лицо ударил тёплый воздух жилого помещения. При свете небольшой коптилки увидел женщину средних лет, в кофте. Отступив в сторону, сказала: «Проходи, только тихо, ребята спят». 

Я снова завел свою грустную историю с пароходом, но она жестом остановила: «Хорошо! Ложись рядом с моим сыном, я сейчас матрас брошу. 

Снял у двери обувь, и, не раздеваясь, рухнул на свою «перину». Рано утром хозяйка разбудила меня. Утренние лучи робко пробирались через лёгкие шторы. Поднимаясь со своего ложа, я боковым зрением увидел, что кто-то смотрит на меня. 

Резко повернулся и на какое-то время застыл, как каменный. Примерно в таком же состоянии находилась сидевшая на кровати девушка. Когда оцепенение прошло, едва шевеля губами, задал глупый вопрос: «Света, это ты?». После первого шока, который быстро прошёл, спросил: «Прочему ты ушла и мне ничего не сказала?». 

Света стала расписывать, как подвернула ногу, и какой-то незнакомый парень довез её до берега. 

Перескакивая с одного на другое, я тоже пытался рассказать о своих приключениях, о том, как искал ее и как оказался у них. 

Проснулся её брат и с любопытством смотрел то на меня, то на сестру. 

Счастливый и радостный, бежал я по тропинке в сторону берега. Если ещё несколько часов назад злился на вахту, желал им «семь чертей и якорь…», то сейчас готов был сказать им «спасибо» за то, что вечером не встретили меня и не доставили на борт. Я бы тогда не встретился со Светой. 

Но судьба распорядилась по-своему. Меня ждала повестка в армию. А еще месяца через полтора я получил обратно свои письма из «учебки» с пометкой «Адресат выбыл». 

Александр ШУЛИНИН