Обычно немецкая Пасха приходится на апрель, именуемый в стране нибелунгов Ostermonat

Представители немецкой диаспоры Тюмени каждую весну празднуют лютеранскую Пасху. В 2011 году выпадает редкий случай, когда православные, католики и протестанты отмечают Пасху в один день – 24 апреля. По сложившейся традиции в областной центр из мест компактного проживания сибирских немцев (Тобольска, Ишима, Ялуторовска, Упорово, Абатского) съезжаются участники художественной самодеятельности – певцы, танцоры, чтецы, настоящие знатоки народных традиций. Проводится и увлекательный конкурс для детей «Весенняя капель». Весёлые пасхальные хороводы сопровождает ритмичная народная музыка – сохранившийся отголосок старогерманского фольклора.

Атрибутика торжества (как и в «большой» Германии) состоит из традиционного игрушечного зайца, пасхального дерева (Osterbaum), представляющего собой ветку с распускающимися листочками, и сооружения из палочек в форме креста, увешанного крашеными яйцами. Поскольку яйцо является древнейшим символом жизни, плодородия, оно – главный атрибут этого весеннего праздника.

Пасха по-немецки – Ostern. Название корнями восходит к древнегерманской богине весны Остаре, что означает «рассвет». Обычно немецкая Пасха приходится на апрель, который в Германии называют Ostermonat. Слово это происходит от глагола osten – «направлять на восток», «поворачивать к востоку». Восток же в христианской символике означает «спасение» и «возрождение», на восточной стороне церкви находится алтарь. Такова взаимосвязь между языческой богиней Остарой и немецким названием Пасхи. Испокон веку торжество связано у этого народа с началом сельскохозяйственных работ и воспринимается как праздник света, весны, возрождающейся природы, с древним культом плодородия.

Интересно, что у немцев символами христианской Пасхи являются не только крашеные яйца, но и пасхальный заяц (Osterhase) – символ плодовитости. Эти симпатичные ритуальные персонажи обладают удивительной способностью… нести эти самые необычные яйца – желтые, синие, красные, зеленые… Давным-давно, еще в XIV веке, длинноухие прискакали в аккуратные немецкие садики прямо из древнего языческого леса и стали ежегодно на Пасху выступать в роли дарителей. А чтобы они справились со своей задачей наверняка, многие поколения детей загодя мастерили в садах, в укромных уголках некое подобие гнезд, где в пасхальное утро неизменно находят не только разноцветные яйца, но и другие гостинцы. В современном варианте (в помещении, где проходит торжество) взрослые прячут «заячьи» подарки в самых неожиданных местах, и дети устраивают по этому поводу шумные веселые состязания – кто быстрее их найдет.

Чудеса, да и только. Зайцы несут яйца, солнце приплясывает среди облаков, взрослые играют в детские игры – не без доли юмора рассказывали о празднике активисты областного Центра немецкой культуры, отмечая, что для веселья действительно есть резон: можно, наконец, наесться до отвала после долгого поста, можно радоваться и громко петь песни до самой глубокой ночи. Интересно, что в стародавние времена пасхальным утром в кирхе не только разрешалось, но и предписывалось… хохотать до упаду. Можно сказать, священника свыше обязывали после богослужения «выдать» нечто и заставить прихожан рассмеяться – всех до единого. Действительно, и взрослым, и детям в Пасху надлежит веселиться, радоваться, ибо Христос070-2-1 воскрес из мертвых. Традиция «пасхального смеха» существовала только в Средневековье и была запрещена ревнителями благочестия около четырехсот лет назад. Наверное, не стоит строго судить ни патриархальных бюргеров за хохот в божьем храме, ни тех, кто наложил на ритуал безоговорочное табу. Да и кому кого осуждать? Ведь сегодня большинство не очень-то изнуряет себя в Великий пост, а те, кто в течение этого срока отказывается употреблять в пищу мясо братьев наших меньших, все равно могут питаться довольно сытно, разнообразно и вкусно.