СУБЪЕКТИВНО 

На прошлой неделе Сергей Нарышкин, глава Службы внешней разведки РФ, в очередной раз сокрушался «об угрозах однополярного мира». Прочитал я эти причитания и, признаюсь, усомнился в квалификации высокопоставленного чиновника. Ведь заклятая «однополярность» исчезла с появлением современного Китая, второй экономики мира. Особо отчетливо проявляется новый пейзаж на фоне сегодняшнего конфликта Поднебесной с США. И вновь с особой остротой возникают вопросы о месте России в меняющемся мире.

На слуху широкой публики один сюжет конфликта КНР–США: пандемия. Я уже писал, что не только США, но и другие страны и персоны обвиняют КНР чуть ли не в искусственном создании вируса. Отдельные деятели договариваются до того, будто Пекин создал вирусное оружие против США, а бдительный сенатор Франц Клинцевич оригинально обвинил в этом США. 

Объективно пока существуют два факта: пандемия вспыхнула в Ухани, и местные власти 10 дней молчали о 41-м зараженном. Точно так же, кстати, вели себя авторитарные власти КНР в 2003 г., когда, по словам Рольфа Хильгенфельда из Любекского университета, одного из ведущих исследователей коронавируса, в южнокитайской провинции Гуандун началась первая эпидемия SARS. Вспышку замалчивали около четырех месяцев, и только когда вирус пришел в Пекин и Гонконг, рассказали о тревожной ситуации. Ухань, о котором обыватели планеты слыхом не слыхивали, оказался важным звеном в транспортных и производственных цепочках всего мира. Экономика развитых стран вдруг зачихала, как от ОРВИ. 

Споры о происхождении вируса не утихают, но что-то я не встречал вопроса: а как вирус попал в тех же летучих мышей или рыбу на уханьском рынке? Не с неба же свалился?! Нет, не с неба, а вылетел из Земли, недавно рассказал мне свою версию известный нашим читателям Роберт Бембель, профессор Тюменского индустриального университета. Я уже не раз писал в «ТП» о его эфир-геосолитонной концепции. Напомню схему. Плазменное ядро Земли постоянно подпитывается потоками мирового эфира; при определенных температуре и давлении ядро регулярно выстреливает потоками (геосолитонами) газов. А эти вихри, устремляясь к поверхности Земли, и выносят в нижние слои атмосферы то, что интересует нас сейчас: вирусы. 

Вирусы? В недрах Земли? Откуда? 

Какое-то время я переваривал идею Бембеля, а потом… Ну, конечно, ведь на этот вопрос в 40-х годах прошлого века ответил французский ученый Пьер Тейяр де Шарден в своей книге «Феномен человека», которую я недавно перечитал, не помню уж по какому поводу. Я взял книгу: «Земля несла в себе жизнь врожденно и притом в определенном количестве… В воде, в воздухе, в откладывающемся иле ультрамикроскопические зернышки белков на километровые глубины плотно покрывают поверхность земли… Если мы поняли, что преджизнь выступает уже в атоме, то разве не следовало ожидать появления этих мириад больших молекул?...» А далее, отправив пылиться теорию Дарвина о естественном отборе, Тейяр продолжает: «…молекулярные веса некоторых естественных белковых веществ, таких, как «вирусы» (И. О.), столь таинственно связанные с инфекционными болезнями животных и растений, по-видимому, должны подсчитываться в миллионах. И хотя частицы, образующие эти вещества, гораздо меньше любых бактерий, они настолько малы, что пока никакой фильтр не может их задержать… И весьма показательно, что если их нельзя смешивать с клеткой, то все же некоторыми своими свойствами (а именно: способностью размножаться при контакте с живой тканью) они уже предвосхищают свойства собственно организованных существ». 

Здесь Тейяр сделал сноску: «После того как вирусы с помощью огромных увеличений микроскопа были увидены, как тонкие палочки, асимметрически активные на своих двух концах, их стали считать относящимися скорее к бактериям, чем к «молекулам». 

Невольно напрашивается фантастическая мысль: все мы изначально вылупились из вируса?! Потому что, пишет Тейяр, жизнь самозародилась из предбиологических органических соединений, цоколь которых – минералы, низшие беспозвоночные, в том числе те самые вирусы. 

К этой идее Тейяр пришел, мне кажется, потому, что, будучи философом и теологом, геологом, биологом, палеонтологом, археологом и антропологом, он системно смотрел на мир и человека. 

Прошу прощения за громоздкое отступление, но, стараясь отслеживать публикации по пандемии, я пока не обнаружил ссылок на Тейяра и тем более – на версию профессора Бембеля, за которой, по его словам, уйма фактов разных исследователей мира. А теперь представьте, что геосолитон Бембеля под огромным давлением выносит в земную атмосферу миллионы вирусов? Которые потом присасываются к тем же летучим мышам и разным морским тварям, попадающим, в том числе, и на рыбный рынок Ухани. Возможно такое? Во всяком случае, логично. Но здесь дилетант передает слово исследователям. 

Вернусь к КНР и США. Пандемия добавила жару в главную причину бодания – Гонконг. Напомню, в 1984 г. Великобритания, арендовавшая округ 99 лет, передала его КНР, но срок автономии длится до 2047 года на основе формулы: одна страна – две системы. В частности, Гонконг должен сам принимать меры «для пресечения политической активности иностранных государств и угроз целостности КНР». Но Пекин посчитал, что так не получается, и Всекитайское собрание народных представителей одобрило проект закона об укреплении национальной безопасности на территории Гонконга. Штыками Китая, естественно. 

Оппозиция Гонконга взбунтовалась, а США, Канада, Австралия и Великобритания поддержали её совместным заявлением: это нарушает китайско-британскую декларацию 1984 года. 

Китай не внемлет. И 29 мая президент США Трамп анонсировал ряд санкций. Среди них: постепенная отмена всех льгот, которыми Гонконг пользовался, – получение виз, торговля и использование технологий двойного назначения; санкции против должностных лиц Китая и Гонконга, напрямую или косвенно причастных к подрыву автономии региона; запрет на въезд в США китайских студентов, которые могут представлять угрозу для национальной безопасности страны; укрепление безопасности финансовых рынков США путем выявления и блокировки недобросовестных китайских компаний. 

Китай тоже принял боевую стойку: готов приостановить закупку сельхозпродукции США, хотя, по соглашению от января 2020 г., наоборот, должен наращивать еще и закупки промтоваров, услуг, энергоносителей. Кроме того, КНР прорабатывает меры технологической независимости от США. 

Эти санкции «по поводу» – кульминация торговой войны двух стран, идущей третий год. Запад обеспокоился после объявленного Пекином в 2013 году амбициозного проекта «Один пояс – один путь». Проект призван объединить практически все континенты единой транспортной инфраструктурой. И Китай начал масштабно инвестировать не только в Азию и Африку, но и в само сердце Европы – в ЕС. 

А в июне ЦБ Китая в дополнение ко всему начал испытания цифрового юаня, что может скоро обернуться вызовом доллару США. Осторожное «может» эксперты используют потому, что сама идея любой криптовалюты противоречит идее государства: криптовалюты делают транзакции анонимными, а государства хотят контролировать финансовые потоки; криптовалюты эмитируются участниками Сети, «майнятся» (добываются), а государство зиждется на монопольной эмиссии своей валюты. Словом, настоящий криптоюань появится, «если это будет нужно и выгодно правительству Китая, но именно правительству, а не тысячам майнеров». 

Народный банк Китая уже создал клиринговые банки в юанях во Франции, Германии, Японии, России, Сингапуре, Южной Корее, Великобритании и даже в США. Экономисты Гарварда предупреждают, что теоретически цифровая версия юаня может в конечном итоге позволить Ирану и другим странам избежать санкций США. 

Но разрыв с КНР аукнется и США: настолько тесно глобализация сплела две экономики. Только на территории Гонконга работает более 1,2 тыс. американских компаний, региональные офисы и штаб-квартиры. 

Евросоюз пока реагирует сдержанно. Верховный внешнеполитический представитель ЕС Жозеп Боррель лишь поддержал принцип «одна страна – две системы», но даже не обвинил Китай в его нарушении: «Мы продолжим дискуссии и контакты с Пекином». Осторожность не удивительна: Китай для ЕС – второй по значению экономический партнер. А в парламентах, говорят эксперты, по большей части сидят демагоги, которые особой ответственности за свои заявления не несут. Но решения, которые стоят денег, будут принимать правительства. Гигантские масштабы экономической взаимозависимости с Китаем будут их сильно сковывать. 

Китай же пока ограничился заявлением о сокращении импорта ряда товаров из США, но продолжает экспансию, где только можно. «По всему миру Китай создает не столько новые производства, сколько скупает существующие», – говорит Алексей Маслов, профессор Школы востоковедения НИУ ВШЭ. – Причина в том, что китайцы не всегда понимают, как основать новый бизнес в Европе. А купив существующий, они сразу получают всё готовенькое. Попутно скупают своих потенциальных конкурентов». 

Способна ли Россия извлечь пользу из начатой Китаем диверсификации импорта? Теоретически – да. Но вряд ли мы можем поставлять в КНР конкурентоспособную продукцию с высокой добавленной стоимостью. А в том, что касается агропродукции, потенциал у России хороший, но страна не заменит полностью поставки из США. 

Россия, по выражению политолога Лилии Шевцовой, по большей части пока наблюдает из партера. По сути, выбор небогатый: примкнуть к Китаю. Экспансия его бизнеса в Россию, особенно в северо-восточную часть, идет гораздо более быстрыми темпами, чем где-либо в Европе. Да и российское руководство довольно активно предлагает Китаю «дружить по-соседски». Сможет ли Россия в новых условиях получить и свой гешефт от ссоры Китая и США? Россия в глобальных цепочках добавленной стоимости импортирует сложную продукцию, а экспортирует простую, говорилось в докладе ВШЭ «Россия в глобальном производстве». Но во многом наша промышленность замкнута на страну – вклад межнациональных корпораций в российское производство всего 5%. России необходимо качественно изменить структуру отраслей, увеличить долю в экспорте продукции высокого передела, перенять опыт «платформенных решений» – наподобие той же китайской Alibaba, говорится в докладе. Может, тренд на вывод производств из Китая в этом поможет? 

Но у авторитарного Китая тяжелая рука, усиленная экономическими мускулами. Такими, которые России пока не снятся. Привязав Россию основательно к восточному соседу, как бы вновь не запеть нашим правителям про однополярный мир. Но только на новый лад. Пандемия когда-то иссякнет, но без экономического и технологического суверенитета нет и политического. 

Игорь ОГНЕВ /фото из открытых источников/